Три очень крутых дядьки написали для одной очень консервативной газеты статью о том, что демократы идут по скользкой дорожке, и могут сорваться в пропасть.
Uncertainty and the Slow Recovery
A recession is a terrible time to make major changes in the economic rules of the game.
Неопределенность и медленное восстановление
Рецессия плохое время для серьезных изменений в правилах экономической игры.
Гэри С. Беккер (GARY S. BECKER), Стивен Дж. Дэвис (STEVEN J. DAVIS) и Кевин М. Мерфи (KEVIN M. MURPHY)
С точки зрения падения производства, так называемая Великая рецессия была не намного страшнее, чем спады в 1973-75 и 1981-82 годах. Однако восстановление после недавнего спада идет гораздо медленнее. Например, реальный ВВП увеличился на 7,7% в 1983 году, после того как безработица достигла пика в 10,8% в декабре 1982 года, сегодня же ВВП вырос на не впечатляющие 2,2% в третьем квартале 2009 года. Хотя в четвертом квартале существует шанс показать лучший результат - возможно значительно лучший - нет никаких признаков взрывного взлета из рецессии.
Мы считаем, что есть два фактора препятствующие этому взлету. Довольно очевидным является то, что рецессии предшествовал серьезный финансовый кризис, в ходе которого многие крупные финансовые учреждения получили большие средства (bailouts) от федерального правительства. Доверие банкиров и венчурных капиталистов сильно пошатнулось, по крайней мере на некоторое время, и потребуется некоторый срок для того чтобы оправиться от финансовых потрясений последних двух лет. Домохозяйства также столкнулись с периодом ухудшения финансового положения в результате крупного обвала цен на жилье, а также огромными долгами и высокой безработицей.
Второй фактор является менее очевидным, но, возможно, имеет большое значение. Либеральные демократы одержали крупную победу на выборах 2008 года - победу на президентских выборах и значительное большинство в обеих палатах Конгресса. Они расценили это как свидетельство того, что значительное большинство американцев хочет крупных реформ в экономике, здравоохранении и многих других областях. Таким образом, в дополнение к продолжению и расширению бушовских инициатив по спасению банков, AIG, General Motors, Chrysler и других компаний, Конгресс и Президент Обама добавили свои намерения о существенных изменениях в налоговом законодательстве, государственных расходах и регулирующих актах - изменениях, которые могут радикально трансформировать американскую экономику.
Усилия по преобразования экономики начались с фискального пакета стимулов почти в $ 800 миллиардов. Хотя некоторые элементы этого закона служили заявленной цели и помогли смягчить воздействие спада, пакет в целом не был предназначен для содействия скорейшему восстановлению и закладке основ для долгосрочного роста. Вместо этого, "Стимул" был ориентирован на сектора, которые по мнению либеральных демократов заслуживают гораздо большей федеральной помощи. Это объясняет, почему большая часть средств направлялась и направляется на образование, здоровье, сохранение энергии, а также другие мероприятия, которые мало сделают для сокращения безработицы и стимулирования экономики.
С точки зрения препятствия быстрому восстановлению, другие предложения правительства создают еще большую неопределенность и риски для бизнеса и инвесторов. Они включают планы существенного увеличения предельных ставок налога для высоких доходов. В добавок к этому, недавние разговоры президента на конференции в Копенгагене о введении высоких налогов на выбросы двуокиси углерода, несомненно должны будут препятствовать инвестициям в нефтеперерабатывающие предприятия, электростанции, заводы и другие объекты, которые выбрасывают большой объем парниковых газов.
В Конгрессе проект "реформы" американской системы предоставления медицинской помощи прошел десятки версий и правок. В частности, отдельные законопроекты, принятые палатой представителей и сенатом вызывают беспокойство у малого бизнеса. Они боятся, что их затраты на рабочую силу будут увеличиваться из-за обязанности тратить больше средств на медицинское страхование своих работников. Результатом будет нежелание предприятий малого бизнеса инвестировать, расширяться и нанимать новых работников, что естественно замедляет создание новых рабочих мест и рост трудовых доходов.
Администрация также заявила на раннем этапе, что будет использовать другой подход к антимонопольной политики, обратив вспять 30-летнюю тенденцию толкования антимонопольного законодательства в сторону потребителей. Кроме того, создание "зарплатного царя" в Вашингтоне настораживает, даже если до сих пор его деятельность ограничивались только теми компаниям, которые получили существенную помощь по спасению из государственного казначейства. Возможно, в качестве следующего шага, Конгресс решит, что исполнительные директора получают слишком много и введет специальный налог на бонусы, или станет осуществлять контроль за компенсациями, как сделали британские и французские власти. Конгресс также рассматривает новые положения о регулировании потребительских финансовых продуктов.
В своих усилиях по борьбе с финансовым кризисом и спадом, ФРС создала свыше 1 триллиона долларов избыточных резервов в банках с помощью различных программ спасения и операций на открытом рынке. Когда банки начнут использовать эти резервы для кредитования предприятий и домашних хозяйств, существует возможность быстрого роста денежной массы и, возможно, существенной инфляции. Трудности с которыми столкнется ФРС при сокращении инфляционного давления путем продаж на открытом рынке и других мер, поднимающих процентные ставки, являются значительным источником неопределенности относительно будущих темпов инфляции и потенциальной возможности ужесточения денежно-кредитной политики, направленной против восстановления.
Неопределенность в отношении денежно-кредитной политики имеет важные политические аспекты. ФРС сейчас наткнулся на самое большое политическое давление за последние четверть века, доказательством этого служат жаркие дебаты банковского комитета сената по принятию решения о переназначении Бена Бернанке. Это давление может значительно увеличиться когда, будущие действия ФРС по сдерживанию инфляции вступят в конфликт с желаниями политиков поддержать д/х и крупные государственные предприятия связанные с финансированием жилищного строительства.
Хотя некоторые из предлагаемых стратегий никогда не будут реализованы, они порождают значительную неопределенность для предприятий и домашних хозяйств. При столкновении с высокой неопределенностью политической среды, является разумным отменить или отсрочить дорогостоящие расходы, которые трудно обратить вспять. Результат - нежелание банков увеличивать кредитование - несмотря на их огромных запасы избыточных резервов - нежелание предприятий осуществлять новые капитальные затраты или нанимать рабочую силу, и решения домохозяйств отложить крупные покупки.
Есть несколько признаков указывающих на крайнюю осторожность предприятий и домашних хозяйств. Регулярное обследование, проводимое Национальной федерацией независимого бизнеса (NFIB) показало, что капитальные затраты и краткосрочные планы по инвестициям по-прежнему находятся на 35-летних минимумах. То же обследование показывает, что только 7% предприятий малого бизнеса рассматривают ближайшие несколько месяцев как хорошее время для расширения. Только 8% малых предприятий сообщают о найме персонала, по сравнению с 14%-24% в 2008 году, в зависимости от месяца, и 19%-26% в 2007 году.
Слабая экономика, несомненно, наиболее распространенная причина, почему ближайшие несколько месяцев "не подходящее время", чтобы расширяться, а "политический климат" занимает второе место, далеко обогнав затраты по займам и финансовую доступность. Авторы декабрьского отчета NFIB Small Business Economic Trends заявляют: "серьезную озабоченность вызывает уровень неопределенности, создаваемой правительством, наиболее распространенным [SiC] источником неопределенности для экономики. "Турбулентность" создается, когда сессии Конгресса часто проходят в жарких и изнурительных дебатах, в этом году показатель один из худших. И поводов для оптимизма не прибавляется".
Государственная статистика демонстрирует похожую историю. Коммерческие инвестиции в третьем квартале 2009 года сократились на 20% с и так уже низкого уровня предыдущего года. Открытые вакансии находятся на самом низком уровне с момента начала измерения в 2000 году. Темпы создания новых рабочих мест путем расширения предприятий самые медленные за последние 20 лет, и, хотя старые данные не являются надежными, вероятно, самые медленные за последние полвека. Хотя увольнения и новые требования на пособие по безработице снижаются в последние месяцы, перспективы трудоустройства для безработных продолжают ухудшаться. Коэффициент выхода из безработицы сейчас ниже, чем когда-либо в истории, начиная с 1967.
По данным Michigan Survey of Consumers, 37% семей планируют отложить покупки из-за неуверенности за свои рабочие места и доходы, и этот показатель не изменился по сравнению со вторым кварталом 2009 года, и остается выше, чем когда-либо начиная с 1960 года.
Эти факты позволяют предположить, что является серьезной экономической ошибкой проведение поспешных, крупных преобразований в экономике по пятам наихудшего финансового кризиса за последние десятилетия. Более эффективным подходом было бы сосредоточиться сначала на борьбе с экономическим спадом и установкой прочной основы для роста. Необходимо отодвинуть планы реорганизации экономики на второй план, и держать их там, пока экономика полностью не выйдет из рецессии и не вернется устойчивый рост. Не сумев применить взвешенный подход к экономической политике, Конгресс и Президент может быть замедляют экономический подъем, и тем самым продлевают рецессию.
Авторы экономисты в Университете Чикаго. Беккер и Мерфи также ребята из Института Гувера Стэнфордского университета. Девис также приглашенный исследователь Американского института предпринимательства.
понедельник, 4 января 2010 г.
воскресенье, 3 января 2010 г.
Что же потеряли?
Тема потерянного десятилетия не дает покоя американцам. Поэтому продолжу ретрансляцию некоторых статей из НЙТ :)
Для начала более детальное сравнение развитых и развивающихся рынков:
Прошу обратить внимание что в табличке первые два столбца это рейтинг по капитализации, а третий это средняя годовая доходность. А то было я подумал как Китай обогнал Бразилию, при темпе прироста меньше, чем у Бразилии :), но третий столбик очевидно относится к индексу, а не ко всему рынку.
Из развитых росли только Австралия и Канада, продавая всем кому надо сырье.
Идея же о том, что азиатский кризис заставил развивающиеся страны копить резервы и наращивать экспорт, а бум доткомов привел к занижению ставок и росту кредитования уже норма.
Но американцев все еще заботит, а как же быть дальше? Можно ли вообще доверять фондовому рынку?
В другой статье разбираются различные способы вложений:
Как видно осторожный подход (50/25/25), принес результаты, хоть и не такие большие как рассчитывали инвесторы. Но зато со знаком плюс, а не минус.
Касательно плана с ребалансировкой и допвложениями, авторы замечают, что во-первых для этого надо сохранить работу, а во-вторых очень трудно вкладывать деньги когда рынок падает. Но еще труднее угадать когда он начнет расти, поэтому надо четко следовать выбранной стратегии и не пытаться тайминговать!
Так же они добавляют, что не стоит смотреть на декаду, это слишком маленький промежуток, копить надо всю жизнь, тогда все эти колебания вам будут по-барабану :-)
К тому же в начале этой декады акции были переоценены, они ссылаются на Роберта Шилллера - в январе 2000 года р/е был на уровне 43,77, в то время как через год, два индексы значительно просели.
Главный же вывод как мне показалось: не стоит полагаться на одни акции, желательно иметь портфель из разных активов. Диверсификация рулит!
Для начала более детальное сравнение развитых и развивающихся рынков:
Прошу обратить внимание что в табличке первые два столбца это рейтинг по капитализации, а третий это средняя годовая доходность. А то было я подумал как Китай обогнал Бразилию, при темпе прироста меньше, чем у Бразилии :), но третий столбик очевидно относится к индексу, а не ко всему рынку.
Из развитых росли только Австралия и Канада, продавая всем кому надо сырье.
Идея же о том, что азиатский кризис заставил развивающиеся страны копить резервы и наращивать экспорт, а бум доткомов привел к занижению ставок и росту кредитования уже норма.
Но американцев все еще заботит, а как же быть дальше? Можно ли вообще доверять фондовому рынку?
В другой статье разбираются различные способы вложений:
Как видно осторожный подход (50/25/25), принес результаты, хоть и не такие большие как рассчитывали инвесторы. Но зато со знаком плюс, а не минус.
Касательно плана с ребалансировкой и допвложениями, авторы замечают, что во-первых для этого надо сохранить работу, а во-вторых очень трудно вкладывать деньги когда рынок падает. Но еще труднее угадать когда он начнет расти, поэтому надо четко следовать выбранной стратегии и не пытаться тайминговать!
Так же они добавляют, что не стоит смотреть на декаду, это слишком маленький промежуток, копить надо всю жизнь, тогда все эти колебания вам будут по-барабану :-)
К тому же в начале этой декады акции были переоценены, они ссылаются на Роберта Шилллера - в январе 2000 года р/е был на уровне 43,77, в то время как через год, два индексы значительно просели.
Главный же вывод как мне показалось: не стоит полагаться на одни акции, желательно иметь портфель из разных активов. Диверсификация рулит!
суббота, 2 января 2010 г.
Что же будет с Родиной и с нами?
Пока мало кто пишет (в моей ленте только я да av_rybin) можно позабивать эти самые ленты всяким :)
Все дают прогнозы на 2010 год. Вот один из множества:
Золото самая неопределенная инвестиция 2010 года. Но зато нефть на рост стоит почти у всех. Так что может еще поживем :) любителям прогнозов лучше сходить в ЖЖ dr-mart
Все дают прогнозы на 2010 год. Вот один из множества:
Золото самая неопределенная инвестиция 2010 года. Но зато нефть на рост стоит почти у всех. Так что может еще поживем :) любителям прогнозов лучше сходить в ЖЖ dr-mart
Слова, слова слова 2009.
‘New Normal’ Tops 2009 List of Overused Phrases: Caroline Baum Share Business Exchange
Commentary by Caroline Baum
23 декабря (Bloomberg) - для журналистов, экспертов и комедиантов, конец года дает возможность оглянуться назад, пофантазировать вперед и дать волю творческому потоку.
Мы составляем списки 10 лучших и 10 худших моментов года. Мы находим самые запоминающиеся моменты и наибольшие конфузы. Мы размышляем о знаменитых людях и печально известных пройдохах, о текущих событиях, о максимумах и минимумах.
Когда я начинаю думать о 2009, то вместо каких либо конкретных событий мне на ум приходят слова и фразы: банальные, зажеванные слова и фразы типа: "новая норма", "беспрецедентный" и "стратегия выхода".
Одна фотография может стоить тысячи слов, но одно слово может оживить годы воспоминаний.
1. "Новая норма"
В мае 2009 года, люди из PIMCO написали в своем ежемесячном обозрении, что их прогноз на медленный рост, увеличение регулирования и снижение роли США в глобальной экономике, можно назвать "новой нормой".
Они были не первыми. Еще в 2001 году Уоррен Баффет и Джон Богл предупреждали о новой норме, где доходности на фондовом рынке будут однозначными. Книга под этим названием была опубликована в 2004 году, одновременно запущен веб-сайт (http://www.thenewnormal.com).
Как оказалось, фраза имеет применение практически во всех областях: технология (ее преобразующая сила); наука (американские женщины становятся все толще), медицина (раннее половое созревание девочек); управление (постоянное изменение присущее новой норме, если верить Harvard Business Review) и высшее образование (меньшая финансовая поддержка из государственного бюджета и пожертвований).
В качестве способа описания американской экономики, новая норма имеет свои плюсы. ObamaNation ждет большей государственной помощи, больше регулирования и стареющего населения требующего больше ресурсов.
К сожалению, чрезмерное использование привело к тому что слово уже потеряло свой нормальный смысл.
2. "Беспрецедентный"
Если события 2008 года и политика реагирования были беспрецедентными, то происходившее в 2009 году дошло до предела беспрецедентности или точнее - до тошноты.
От обвала цен на жилье до помощи правительства в ипотечном финансирования, от замораживания финансовых рынков до разорений больших и малых фирм, от усилий министерства финансов и Федеральной резервной системы по сохранению государственного корабля на плаву до роста доли госсобственности в частном секторе: все, кажется, было беспрецедентным.
Торжественная инаугурация первого черного президента была беспрецедентной. Барак Обама, принятый в качестве агента перемен, взял на себя обязательство изменить методы Вашингтона.
Одиннадцать месяцев президентства Обамы прошли, Вашингтон сегодня, вероятно, единственное место, где избегаю методов новой нормы (см. пункт 1 выше) и раз за разом используют старые.
3. "Стратегия выхода"
Каждый нуждается в стратегии выхода. Спросите об этом Jenny Sanford, жену развратного губернатора Южной Каролины или жену Тайгера Вудса.
ФРС нуждается в стратегии выхода, которая должна последовать за периодом беспрецедентного (см. пункт 2 выше). Политики провозглашают ее без графика выполнения.
Центральный банк планирует со временем сокращать свой баланс естественным путем: прекращения чрезвычайное кредитование и продавая активы. В конце концов он может поднять процентную ставку, которую платит за резервы для предотвращения избыточной кредитной экспансии, правда эта идея лучше работает в теории, чем на практике.
В отличие от ФРС, военное ведомство США имеет дату вывода войск из Афганистана, но не имеет никакой реальной стратегии ухода. Президент Барак Обама заявил, что США начнут передачу полномочий афганцам в июле 2011 года. Его советник по национальной безопасности генерал Джеймс Джонс, признался, что США будут находиться в регионе еще "долгое время".
Или, говоря языком ФРС, "расширенный период" (an extended period).
4. "Зеленые побеги"
"Я вижу зеленые побеги", сказал председатель ФРС Бен Бернанке в эфире передачи "60 минут" на канале CBS в марте прошлого года, прогноз достойный Чонси Гардинера, мудреца Ежи Косинский из фильма "Being There". (Он говорил: "Весной будет рост".)
Скоро все было в зеленом цвете. СМИ разослали повсюду своих гонцов. Экономисты включили зеленые побеги в свои прогнозы. Это был настоящий сад наблюдений за листвой.
Побеги созрели и дали плоды в третьем квартале. Экономика США расширилась на 2,2 процента в годовом исчислении, после четырех кварталов снижения подряд.
Все эти разговоры о флоре добрались до моего друга. И тогда он сказал: "Как только листья перестанут падать, я пожалуй смогу увидеть зеленые побеги".
5. "Неопределенность"
Неопределенность приобрела новые характерные черты в 2009 году, особенно среди лиц, ответственных за выработку политики. Частота, с которой Федеральная резервная система и Европейский центральный банк использовали неопределенность для оправдания прогнозов заставляет поверить, что неопределенность это уникальное явление плохих времен.
Но это не так. Чуть большая оценка неопределенности, которая присуща ипотечному кризису и чуть меньше "иррационального изобилия" на жилищном рынке, и мы может быть не оказались бы там где мы есть.
6. "Историческая возможность"
Исторических возможностей было пруд пруди в этом году. Обама воспользовался некоторыми из них (примирение с исламом и речь в Каире), упустил другие (отказ встречаться с Далай-ламой перед визитом в Пекин) и должен был согласиться на фото сессию с третьими (климатическая конференция в Копенгагене на высшем уровне).
Самая большая историческая возможность еще впереди: реформа системы здравоохранения. Обама призвал Сенат демократов "воспользоваться этой исторической возможностью" (и это было основой его послания) путем принятия законодательства, которое расширяет медико-санитарную помощь, создает новые права и не решает проблем системы стимулирования (участников третьей стороны) или контроля за расходами.
Сенат, как ожидалось, дал ход реформе согласно партийной линии. Теперь Палата представителей и Сенат должны согласовать их различные версии законопроектов.
Чем больше американцы узнают, тем меньше им нравится эта идея. По их мнению это одна из тех исторических возможностей, которые Обаме следовало бы упустить.
(Caroline Baum (Кэролайн Баум), автор книги "Just What I Said" и колумнист Bloomberg News.) Мнения, высказанные являются ее собственные.)
Commentary by Caroline Baum
23 декабря (Bloomberg) - для журналистов, экспертов и комедиантов, конец года дает возможность оглянуться назад, пофантазировать вперед и дать волю творческому потоку.
Мы составляем списки 10 лучших и 10 худших моментов года. Мы находим самые запоминающиеся моменты и наибольшие конфузы. Мы размышляем о знаменитых людях и печально известных пройдохах, о текущих событиях, о максимумах и минимумах.
Когда я начинаю думать о 2009, то вместо каких либо конкретных событий мне на ум приходят слова и фразы: банальные, зажеванные слова и фразы типа: "новая норма", "беспрецедентный" и "стратегия выхода".
Одна фотография может стоить тысячи слов, но одно слово может оживить годы воспоминаний.
1. "Новая норма"
В мае 2009 года, люди из PIMCO написали в своем ежемесячном обозрении, что их прогноз на медленный рост, увеличение регулирования и снижение роли США в глобальной экономике, можно назвать "новой нормой".
Они были не первыми. Еще в 2001 году Уоррен Баффет и Джон Богл предупреждали о новой норме, где доходности на фондовом рынке будут однозначными. Книга под этим названием была опубликована в 2004 году, одновременно запущен веб-сайт (http://www.thenewnormal.com).
Как оказалось, фраза имеет применение практически во всех областях: технология (ее преобразующая сила); наука (американские женщины становятся все толще), медицина (раннее половое созревание девочек); управление (постоянное изменение присущее новой норме, если верить Harvard Business Review) и высшее образование (меньшая финансовая поддержка из государственного бюджета и пожертвований).
В качестве способа описания американской экономики, новая норма имеет свои плюсы. ObamaNation ждет большей государственной помощи, больше регулирования и стареющего населения требующего больше ресурсов.
К сожалению, чрезмерное использование привело к тому что слово уже потеряло свой нормальный смысл.
2. "Беспрецедентный"
Если события 2008 года и политика реагирования были беспрецедентными, то происходившее в 2009 году дошло до предела беспрецедентности или точнее - до тошноты.
От обвала цен на жилье до помощи правительства в ипотечном финансирования, от замораживания финансовых рынков до разорений больших и малых фирм, от усилий министерства финансов и Федеральной резервной системы по сохранению государственного корабля на плаву до роста доли госсобственности в частном секторе: все, кажется, было беспрецедентным.
Торжественная инаугурация первого черного президента была беспрецедентной. Барак Обама, принятый в качестве агента перемен, взял на себя обязательство изменить методы Вашингтона.
Одиннадцать месяцев президентства Обамы прошли, Вашингтон сегодня, вероятно, единственное место, где избегаю методов новой нормы (см. пункт 1 выше) и раз за разом используют старые.
3. "Стратегия выхода"
Каждый нуждается в стратегии выхода. Спросите об этом Jenny Sanford, жену развратного губернатора Южной Каролины или жену Тайгера Вудса.
ФРС нуждается в стратегии выхода, которая должна последовать за периодом беспрецедентного (см. пункт 2 выше). Политики провозглашают ее без графика выполнения.
Центральный банк планирует со временем сокращать свой баланс естественным путем: прекращения чрезвычайное кредитование и продавая активы. В конце концов он может поднять процентную ставку, которую платит за резервы для предотвращения избыточной кредитной экспансии, правда эта идея лучше работает в теории, чем на практике.
В отличие от ФРС, военное ведомство США имеет дату вывода войск из Афганистана, но не имеет никакой реальной стратегии ухода. Президент Барак Обама заявил, что США начнут передачу полномочий афганцам в июле 2011 года. Его советник по национальной безопасности генерал Джеймс Джонс, признался, что США будут находиться в регионе еще "долгое время".
Или, говоря языком ФРС, "расширенный период" (an extended period).
4. "Зеленые побеги"
"Я вижу зеленые побеги", сказал председатель ФРС Бен Бернанке в эфире передачи "60 минут" на канале CBS в марте прошлого года, прогноз достойный Чонси Гардинера, мудреца Ежи Косинский из фильма "Being There". (Он говорил: "Весной будет рост".)
Скоро все было в зеленом цвете. СМИ разослали повсюду своих гонцов. Экономисты включили зеленые побеги в свои прогнозы. Это был настоящий сад наблюдений за листвой.
Побеги созрели и дали плоды в третьем квартале. Экономика США расширилась на 2,2 процента в годовом исчислении, после четырех кварталов снижения подряд.
Все эти разговоры о флоре добрались до моего друга. И тогда он сказал: "Как только листья перестанут падать, я пожалуй смогу увидеть зеленые побеги".
5. "Неопределенность"
Неопределенность приобрела новые характерные черты в 2009 году, особенно среди лиц, ответственных за выработку политики. Частота, с которой Федеральная резервная система и Европейский центральный банк использовали неопределенность для оправдания прогнозов заставляет поверить, что неопределенность это уникальное явление плохих времен.
Но это не так. Чуть большая оценка неопределенности, которая присуща ипотечному кризису и чуть меньше "иррационального изобилия" на жилищном рынке, и мы может быть не оказались бы там где мы есть.
6. "Историческая возможность"
Исторических возможностей было пруд пруди в этом году. Обама воспользовался некоторыми из них (примирение с исламом и речь в Каире), упустил другие (отказ встречаться с Далай-ламой перед визитом в Пекин) и должен был согласиться на фото сессию с третьими (климатическая конференция в Копенгагене на высшем уровне).
Самая большая историческая возможность еще впереди: реформа системы здравоохранения. Обама призвал Сенат демократов "воспользоваться этой исторической возможностью" (и это было основой его послания) путем принятия законодательства, которое расширяет медико-санитарную помощь, создает новые права и не решает проблем системы стимулирования (участников третьей стороны) или контроля за расходами.
Сенат, как ожидалось, дал ход реформе согласно партийной линии. Теперь Палата представителей и Сенат должны согласовать их различные версии законопроектов.
Чем больше американцы узнают, тем меньше им нравится эта идея. По их мнению это одна из тех исторических возможностей, которые Обаме следовало бы упустить.
(Caroline Baum (Кэролайн Баум), автор книги "Just What I Said" и колумнист Bloomberg News.) Мнения, высказанные являются ее собственные.)
Emerging Markets Soar Past Their Doubters
Emerging Markets Soar Past Their Doubters
The New York Times
By HEATHER TIMMONS
Published: December 29, 2009
Развивающиеся рынки выстрелили в нулевых несмотря на скептиков
НЬЮ-ДЕЛИ - Прошедшее десятилетие стало потерянным для американского фондового рынка. Но для большей части развивающегося мира, это были бурные нулевые - период быстрого роста рынков и головокружительных инвестиций, заставивший забыть о том что сказка рано или поздно закончится.
Хотя широкий американский рынок потерял примерно пятую часть своей стоимости за последние 10 лет, развивающиеся рынки, как Бразилия, Россия, Китай и Индия выбились вперед, при этом показав двухзначную или даже трехзначную доходность.
Цифры ошеломляют. На украинской PFTS Stock Exchange - Диком Востоке инвестирования, которого даже не существовало до 1997 года - акции выросли более чем на 1350 процентов в течение последнего десятилетия. В Перу, акции подскочили более чем на 660 процентов. Здесь, в Индии, индекс Sensex подпрыгнул более чем на 240 процентов.
Для многих, эти пьянящие выгоды подчеркивают глубокие сдвиги, происходящие в глобальной экономике, где инвестиционные потоки в долларах, евро и иенах пересекают границы и часовые пояса легкими ударами по клавишам компьютера. В то время как многие американцы ждут экономического подъема, деньги вливаются в быстро растущие экономики Азии и Латинской Америки, а также в богатую нефтью Россию и страны бывшего советского блока.
"Мы переживаем сейчас нечто эпических масштабов" говорит Аллан Конуэй (Allan Conway), глава отдела акций развивающихся рынков в Schroders, большой управляющей компании в Лондоне. Он сравнивает экономический подъем таких стран, как Бразилия, Россия, Индия и Китай - стран БРИК - с послевоенной Японией.
Среди всей этой эйфории, даже самые давние быки не удивлялись когда инвесторы теряли осторожность и увлекались. Развивающиеся рынки имеют историю головокружительных подъемов и крушений начиная с 19 века. Они эффектно рухнули в 1997 году, когда цепная реакция девальваций, банкротств и спадов накрыла Восточную Азию. В 1998 году российский рынок обвалился более чем на 80 процентов после объявления дефолта по госдолгам.
В последнее время в 2008 году, развивающиеся рынки снижались вместе с остальным миром, после того как обескураженные управляющие выводили все средства в наличные из любого актива казавшегося рискованным (от себя: недавно поглядел видео с Эль Рианом, где он советует жене на следующий день после краха Лемана сходить и забрать деньги из банка). Но они горели ярче в 2009 году - MSCI Emerging Markets Index увеличился на 73 процента за год по сравнению с 25-процентный приростом SP500.
Несмотря на доходности 2009 года, некоторые прогнозируют серьезный спад сегодня. С фиаско 1998 года, некоторые развивающиеся страны привели в порядок свое законодательство, бюджеты и торговые балансы. По мере роста их экономик, отечественные инвесторы стали оказывать большую поддержку рынкам этих стран. Поскольку процентные ставки низки во всем мире, компании расположенные на развивающихся рынках, как и их коллеги в развитых странах, имеют доступ к дешевым деньгам. Высокие цены на сырьевые товары удерживают на плаву рынки акций и облигаций в странах, которые являются крупными экспортерами сырьевых товаров.
Но недавние приключения в Дубае, где движимая долгами экономика дала сбой, стали мощным напоминанием о том, что стремительный рост может смениться не менее стремительным падением. То, что эти рынки получили так много и так быстро не понеся больших потерь на своем пути, дает некоторым инвесторам повод говорить о необходимости перерыва.
Марк Мобиус, один из апологетов инвестирования в развивающиеся рынки, говорит, что в то время как развивающиеся рынки все еще имеют возможности для роста, в первой половине 2010 года они могут быть нестабильными.
"Мы продолжаем видеть потенциал роста, но с существенной корректировкой по пути, которая может достигать 20 процентов", говорит Мобиус, исполнительный председатель Franklin Templeton Investments.
Некоторые рыночные специалисты опасаются, что пузыри активов сродни тому, который был на американском рынке жилищного строительства, может быть сейчас растут в таких местах, как Китай и Гонконг. Другие волнуются о риске, связанном с неустойчивостью цен на сырьевые товары, а также из-за неизбежного конца периода сверхнизких процентных ставок.
Леон Гольдфельд (Leon Goldfeld), главный специалист по инвестициям на HSBC Global Asset Management в Гонконге, заявил журналистам в этом месяце, что HSBC сократил свои позиции в азиатских акциях, ожидая снижения от 10 до 15 процентов в начале 2010 года. После этого азиатские акции будут представлять собой "хорошую возможностью для покупки".
Как только долгосрочные инвестиции придут на новые рынки, они вновь начнут рост. В среднем, развивающиеся страны имеют меньшие размеры суверенной и корпоративной задолженности и задолженности домашних хозяйств по сравнению с развитыми странами. Их экономики растут быстрее, чем промышленно развитые страны. Merrill Lynch прогнозирует их рост на 6,3 процента в следующем году, в то время как глобальная экономика вырастет на 4,4 процента.
Формирующиеся рынки затмевают своих развитых соперников и в других отношениях. Импорт в страны БРИК в 2009 году, скорее всего, превысил импорт в Соединенные Штаты в первые за всю историю, по данным Morgan Stanley.
На данный момент развивающиеся страны являются двигателем мирового экономического роста. На развивающиеся рынки приходится практически весь рост в мировом производстве за прошедший год, поскольку развитые страны сократили свое производство или не изменили (от себя: сколько там у нас процентов обвал промпроизводства?). Даже если бы развитые страны полностью восстановились в 2010 году, развивающиеся экономики будут составлять от 70 до 75 процентов роста мирового производства "в обозримом будущем", заявляет Конвей из Schroders.
Развивающиеся страны принимают на себя более активную роль в мировой экономике. Morgan Stanley прогнозирует, что на развивающиеся страны, в том числе на Ближнем Востоке, будет приходиться 36 процентов от общемирового объема валового внутреннего продукта в 2010 году, по сравнению с 21 процентами в 1999 году.
Все это является большой приманкой для инвесторов. Фонды акций ориентированные на развивающиеся рынки привлекли рекордные $ 75,4 млрд. в этом году, что значительно превосходит предыдущий максимум в $ 54 млрд в 2007 году, по данным EPFR Global, которая отслеживает движение денежных средств.
Даже после этого притока, развивающиеся рынки по-прежнему составляют лишь малую долю инвестиционного портфеля в Соединенных Штатах и Европе, мировых центрах источников инвестиций. Менее 3 процентов активов управляемых менеджерами США инвертируются в развивающиеся рынки. Это число может удвоиться в течение ближайших пяти лет, говорят некоторые инвестиционные эксперты.
Даже обычно консервативные инвесторы могут поддаться соблазну перейти на формирующиеся рынки, с учетом вялых перспектив в Соединенных Штатах и Европе. После мрачного десятилетия на американском фондовом рынке, развивающиеся страны могут показаться привлекательными.
"Инвесторы начинают смотреть на этот класс активов и понимать, что это довольно безопасное место", говорит Кевин Дейли (Kevin Daly), который управляет долгами развивающихся рынков на 1,7 млрд. долл. в Aberdeen Asset Management.
Несмотря на свою волатильную историю, развивающиеся рынки заставляют поверить некоторых управляющих, что здесь сравнительно безопасные места для инвестиций. Конечно, такие надежды не оправдывались раньше.
The New York Times
By HEATHER TIMMONS
Published: December 29, 2009
Развивающиеся рынки выстрелили в нулевых несмотря на скептиков
НЬЮ-ДЕЛИ - Прошедшее десятилетие стало потерянным для американского фондового рынка. Но для большей части развивающегося мира, это были бурные нулевые - период быстрого роста рынков и головокружительных инвестиций, заставивший забыть о том что сказка рано или поздно закончится.
Хотя широкий американский рынок потерял примерно пятую часть своей стоимости за последние 10 лет, развивающиеся рынки, как Бразилия, Россия, Китай и Индия выбились вперед, при этом показав двухзначную или даже трехзначную доходность.
Цифры ошеломляют. На украинской PFTS Stock Exchange - Диком Востоке инвестирования, которого даже не существовало до 1997 года - акции выросли более чем на 1350 процентов в течение последнего десятилетия. В Перу, акции подскочили более чем на 660 процентов. Здесь, в Индии, индекс Sensex подпрыгнул более чем на 240 процентов.
Для многих, эти пьянящие выгоды подчеркивают глубокие сдвиги, происходящие в глобальной экономике, где инвестиционные потоки в долларах, евро и иенах пересекают границы и часовые пояса легкими ударами по клавишам компьютера. В то время как многие американцы ждут экономического подъема, деньги вливаются в быстро растущие экономики Азии и Латинской Америки, а также в богатую нефтью Россию и страны бывшего советского блока.
"Мы переживаем сейчас нечто эпических масштабов" говорит Аллан Конуэй (Allan Conway), глава отдела акций развивающихся рынков в Schroders, большой управляющей компании в Лондоне. Он сравнивает экономический подъем таких стран, как Бразилия, Россия, Индия и Китай - стран БРИК - с послевоенной Японией.
Среди всей этой эйфории, даже самые давние быки не удивлялись когда инвесторы теряли осторожность и увлекались. Развивающиеся рынки имеют историю головокружительных подъемов и крушений начиная с 19 века. Они эффектно рухнули в 1997 году, когда цепная реакция девальваций, банкротств и спадов накрыла Восточную Азию. В 1998 году российский рынок обвалился более чем на 80 процентов после объявления дефолта по госдолгам.
В последнее время в 2008 году, развивающиеся рынки снижались вместе с остальным миром, после того как обескураженные управляющие выводили все средства в наличные из любого актива казавшегося рискованным (от себя: недавно поглядел видео с Эль Рианом, где он советует жене на следующий день после краха Лемана сходить и забрать деньги из банка). Но они горели ярче в 2009 году - MSCI Emerging Markets Index увеличился на 73 процента за год по сравнению с 25-процентный приростом SP500.
Несмотря на доходности 2009 года, некоторые прогнозируют серьезный спад сегодня. С фиаско 1998 года, некоторые развивающиеся страны привели в порядок свое законодательство, бюджеты и торговые балансы. По мере роста их экономик, отечественные инвесторы стали оказывать большую поддержку рынкам этих стран. Поскольку процентные ставки низки во всем мире, компании расположенные на развивающихся рынках, как и их коллеги в развитых странах, имеют доступ к дешевым деньгам. Высокие цены на сырьевые товары удерживают на плаву рынки акций и облигаций в странах, которые являются крупными экспортерами сырьевых товаров.
Но недавние приключения в Дубае, где движимая долгами экономика дала сбой, стали мощным напоминанием о том, что стремительный рост может смениться не менее стремительным падением. То, что эти рынки получили так много и так быстро не понеся больших потерь на своем пути, дает некоторым инвесторам повод говорить о необходимости перерыва.
Марк Мобиус, один из апологетов инвестирования в развивающиеся рынки, говорит, что в то время как развивающиеся рынки все еще имеют возможности для роста, в первой половине 2010 года они могут быть нестабильными.
"Мы продолжаем видеть потенциал роста, но с существенной корректировкой по пути, которая может достигать 20 процентов", говорит Мобиус, исполнительный председатель Franklin Templeton Investments.
Некоторые рыночные специалисты опасаются, что пузыри активов сродни тому, который был на американском рынке жилищного строительства, может быть сейчас растут в таких местах, как Китай и Гонконг. Другие волнуются о риске, связанном с неустойчивостью цен на сырьевые товары, а также из-за неизбежного конца периода сверхнизких процентных ставок.
Леон Гольдфельд (Leon Goldfeld), главный специалист по инвестициям на HSBC Global Asset Management в Гонконге, заявил журналистам в этом месяце, что HSBC сократил свои позиции в азиатских акциях, ожидая снижения от 10 до 15 процентов в начале 2010 года. После этого азиатские акции будут представлять собой "хорошую возможностью для покупки".
Как только долгосрочные инвестиции придут на новые рынки, они вновь начнут рост. В среднем, развивающиеся страны имеют меньшие размеры суверенной и корпоративной задолженности и задолженности домашних хозяйств по сравнению с развитыми странами. Их экономики растут быстрее, чем промышленно развитые страны. Merrill Lynch прогнозирует их рост на 6,3 процента в следующем году, в то время как глобальная экономика вырастет на 4,4 процента.
Формирующиеся рынки затмевают своих развитых соперников и в других отношениях. Импорт в страны БРИК в 2009 году, скорее всего, превысил импорт в Соединенные Штаты в первые за всю историю, по данным Morgan Stanley.
На данный момент развивающиеся страны являются двигателем мирового экономического роста. На развивающиеся рынки приходится практически весь рост в мировом производстве за прошедший год, поскольку развитые страны сократили свое производство или не изменили (от себя: сколько там у нас процентов обвал промпроизводства?). Даже если бы развитые страны полностью восстановились в 2010 году, развивающиеся экономики будут составлять от 70 до 75 процентов роста мирового производства "в обозримом будущем", заявляет Конвей из Schroders.
Развивающиеся страны принимают на себя более активную роль в мировой экономике. Morgan Stanley прогнозирует, что на развивающиеся страны, в том числе на Ближнем Востоке, будет приходиться 36 процентов от общемирового объема валового внутреннего продукта в 2010 году, по сравнению с 21 процентами в 1999 году.
Все это является большой приманкой для инвесторов. Фонды акций ориентированные на развивающиеся рынки привлекли рекордные $ 75,4 млрд. в этом году, что значительно превосходит предыдущий максимум в $ 54 млрд в 2007 году, по данным EPFR Global, которая отслеживает движение денежных средств.
Даже после этого притока, развивающиеся рынки по-прежнему составляют лишь малую долю инвестиционного портфеля в Соединенных Штатах и Европе, мировых центрах источников инвестиций. Менее 3 процентов активов управляемых менеджерами США инвертируются в развивающиеся рынки. Это число может удвоиться в течение ближайших пяти лет, говорят некоторые инвестиционные эксперты.
Даже обычно консервативные инвесторы могут поддаться соблазну перейти на формирующиеся рынки, с учетом вялых перспектив в Соединенных Штатах и Европе. После мрачного десятилетия на американском фондовом рынке, развивающиеся страны могут показаться привлекательными.
"Инвесторы начинают смотреть на этот класс активов и понимать, что это довольно безопасное место", говорит Кевин Дейли (Kevin Daly), который управляет долгами развивающихся рынков на 1,7 млрд. долл. в Aberdeen Asset Management.
Несмотря на свою волатильную историю, развивающиеся рынки заставляют поверить некоторых управляющих, что здесь сравнительно безопасные места для инвестиций. Конечно, такие надежды не оправдывались раньше.
пятница, 1 января 2010 г.
Использование инфляции для сокращения уровня госдолга
Using inflation to erode the US public debt
Joshua Aizenman Nancy Marion
18 December 2009 VOX
Как только государственный долг США по отношению к ВВП достигнет уровня 100%, политики могут соблазниться использовать инфляцию для сокращения задолженности. В этой колонке анализируется возможный вариант развития событий и делается вывод о том, что он не надуманный. В США инфляция на уровне 6% в течение четырех лет приведет к сокращению уровня долга к ВВП на 20%, этот сценарий аналогичен тому, что произошло после Второй Мировой войны.
С начала 2007 года финансовый кризис вызвал $ 1.62 трлн списаний и кредитных потерь у американских финансовых учреждений, погрузив американскую экономику в глубочайшую рецессию со времен Великой Депрессии и мировую экономику в свою первую рецессию со времен Второй Мировой Войны. Федеральная резервная система отреагировали агрессивно. Налогово-бюджетная политика также стала экспансионистской. Сейчас США столкнулись с огромными дефицитами и ростом государственного долга. Если экономический подъем по прежнему будет слабым, то большой дефицит и растущая задолженность, вероятно, сохраняться на несколько лет. Не удивительно, что озабоченность по поводу дефицита государственного бюджета и растущего государственного долга в настоящее время доминирует в политических дебатах (Cavallo and Cottani 2009).
Многие наблюдатели опасаются, что соотношение долга к ВВП прогнозируемое на ближайшие десять лет является неустойчивым. Если предположить что дефицит можно обуздать, как можно сократить коэффициент долг/ВВП? Существуют четыре основных механизма:
ВВП может расти достаточно быстро, чтобы уменьшить соотношение. Этот сценарий требует мощного экономического подъема после финансового кризиса.
Инфляция может расти, уменьшая реальную стоимость долгов, принадлежащих кредиторам и эффективный коэффициент долга. Иностранные кредиторы, владеющие значительной частью долларовой задолженности федерального правительства США, будут делить бремя ответственности за любое увеличение американской инфляции с отечественными кредиторами.
Правительство может использовать налоговые поступления чтобы выплатить некоторые долги.
Правительство может объявить дефолт по некоторым из своих долговых обязательств.
За свою историю, США полагались на каждый из этих механизмов для сокращения своей задолженности к ВВП. В недавней статье (Aizenman and Marion 2009), мы рассматриваем роль инфляции в снижении бремени задолженности федерального правительства. Мы пришли к выводу, что инфляция на уровне 6% в течение четырех лет, может сократить соотношение долг / ВВП на весьма внушительные 20%.
Факты
Рисунок 1 изображает тенденций в общей федеральной задолженности и той ее части которая принадлежит публике, в том числе Федеральной резервной системе, начиная с 1939 г. по настоящее время. В 1946 году валовой федеральный долг принадлежащий публике составлял 108,6% ВВП. В течение следующих 30 лет, долг в процентном отношении к ВВП уменьшался почти каждый год, в основном благодаря расширению экономики, а также инфляции. К 1975 году валовой федеральный долг, принадлежащий публике сократился до 25,3% ВВП.
Рисунок 1 Задолженность в виде доли от ВВП
.jpg)
Период после Второй мировой войны является особенно показательным. Из рисунка 2 видно, что между 1946 и 1955 годами, соотношение долг / ВВП сократилось почти наполовину. Средний срок погашения задолженности (average maturity of the debt) в 1946 году составлял 9 лет, а средний показатель инфляции за этот период равнялся 4,2%. Таким образом, инфляция в 1946 году сократила соотношение долг / ВВП почти на 40% в течение десятилетия.
Рисунок 2. США сокращение задолженности, 1946-1955 гг.
В последние годы соотношение долг / ВВП резко увеличилось, особенно после финансового кризиса. В 2009 году оно достигло уровня, невиданного с 1955 года. Рисунок 3 показывает три 10-летних прогноза, с указанием задолженности, принадлежащей публике, оценка колеблется от 70 до 100% ВВП.
Рисунок 3. Прогнозируемое долговое бремя Америки
Правительство, которое имеет значительный номинальный долг, выраженный в своей собственной валюте может попытаться использовать инфляцию, для уменьшения бремени задолженности. Если иностранные кредиторы удерживают значительную долю задолженности соблазн использовать инфляцию становится еще больше, поскольку они будут нести определенный инфляционный налог. Короткие средние сроки погашения займов и индексируемая задолженность ограничивают возможности правительства по сокращению долгового бремени за счет инфляции.
Рисунок 4 показывает долю государственного долга США принадлежащую иностранным кредиторам. Удельный вес иностранного капитала фактически был равен нулю вплоть до начала 1960-х. Однако резко возрос в последние годы, особенно после азиатского финансового кризиса 97-98 гг, и сейчас составляет 48,2% находящейся у публики государственной задолженности в 2008 году. Таким образом, иностранные кредиторы будут нести около половины любого инфляционного налога, а использование инфляции нанесет значительный удар по Китаю и Японии.
Рисунок 4. Удельный вес иностранцев в государственной задолженности
Рисунок 5 иллюстрирует средний срок погашения долга, находящегося в руках частных инвесторов, а также задолженность, в виде доли от ВВП. Как отмечает ряд авторов, США демонстрируют положительную связь между сроками погашения и коэффициентом долг / ВВП в период после окончания Второй мировой войны. Большинство развитых стран показывает малую корреляцию между сроками погашения и соотношением долг / ВВП. США, похоже, исключение. Срок к погашению государственного долга США в период после окончания Второй мировой войны сократился с 9,4 лет в 1947 году до самого низкого уровня в 2,6 лет к 1976 году. В июне 2009 года, средний срок составил 3,9 года. Большая часть этой задолженности является номинальной [1].
Рисунок 5. Средний срок погашения и соотношение долг/ВВП
Инфляция как средство сокращения долгового бремени
Рисунок 6 иллюстрирует процентное снижение соотношения долг / ВВП в соответствии с различными сценариями инфляции [2]. Инфляция принесла самое резкое снижение соотношения долг / ВВП - и реальной стоимости долга - в период сразу после Второй мировой войны. 5% увеличение инфляции, начиная с 1946, например, привело к сокращению соотношения долг / ВВП с 108,6% до 59,3%, снижение коэффициента задолженности составило 45%. Не только из-за большого долгового навеса инфляция использовалась в то время; когда война закончилась она была весьма низкой (2,3%) и сроки погашения задолженности были высокими. Таким образом имелось пространство для роста инфляции - и она выросла до 14,4% в 1947 году, прежде чем значительно упасть. Средний уровень инфляции в течение этого десятилетия составил 4,2%. Кроме того, длительные сроки погашения также содействовали ослаблению долгового бремени. Сроки были более 9 лет на протяжении 1945-48 годов, а затем постепенно снижались до 8,17 в 1950 году.
Рисунок 6. Влияние инфляции на задолженность в виде доли от ВВП
В противоположность этому, инфляция оказала небольшое влияние на уменьшение долгового бремени в середине 1970-х годов. Этот период характеризуется более низкой задолженностью, более высокой инфляцией, и короткими сроками погашения задолженности (до 3 лет). В результате, в 1975 году рост инфляции на пять процентных пунктов, привел к сокращению соотношения долг / ВВП с 25,3% до 21,9%. Предполагаемое влияние инфляции на сегодняшний коэффициент долг / ВВП больше, чем в середине 1970-х годов, но не столь велико, как в середине 1940-х гг. Если уровень инфляции будет на 5% выше, соотношение долг / ВВП будет примерно на 20% ниже, т.е. коэффициент задолженности составит 43,4% вместо 53,8%. Наши расчеты влияния инфляции на задолженность основаны на том, что все долги деноминированы в национальной валюте, не индексируются, и сроки погашения инвариантны по отношению к инфляции. Результаты регрессионного анализа подтверждают, что сроки погашения задолженности США за период 1946-2008 годов не реагируют на инфляцию.
Мы разработали модель, которая показывает, какие затраты и выгоды, связанны с инфляционным способом сокращения долгового бремени. Модель, основанная на работе Barro (1979), показывает, что иностранная доля в номинальной задолженности является важным фактором, определяющим оптимальный уровень инфляции. Также на этот показатель оказывают влияние размер долга к ВВП, доля задолженности, которая индексируется с учетом инфляции и расходы на сбор налогов. Выводы сделанные нами на основе модели заключаются в том, что идея размывания задолженности за счет инфляции не является надуманной. Модель предсказывает, что инфляция на уровне 6% может сократить соотношение долг / ВВП на 20% в течение четырех лет. Это инфляция лишь немного выше, чем средний показатель наблюдавшийся после Второй Мировой Войны. Конечно, оценки инфляции будут гораздо выше, чем 6%, если доля публичной задолженности США приблизится к 100%, как это было в конце Второй мировой войны.
Интерпретации
Текущий период и послевоенное время имеют две общие черты. Они начинались с большой задолженности и низкого уровня инфляции. Оба фактора повышают соблазн ослабить долговое бремя за счет инфляции. Тем не менее, существуют и два важных различия между периодами. Сегодня гораздо более значительную долю государственного долга держат в своих руках иностранные кредиторы - 48%, вместо ноля. Столь крупная иностранная доля увеличивает соблазн инфляционного снижения долга. Другим важным отличием является то, что сроки погашения задолженности сегодня составляет менее половины того, что наблюдалось в 1946 году 3,9 лет вместо 9. Короткие сроки наоборот охлаждают искушение воспользоваться инфляцией. Эти два противоборствующих фактора компенсируют друг друга, и конечным результатом в простой модели оптимизации будет уровень инфляции несколько выше, чем в период после Второй мировой войны, и на более короткий срок.
При моделировании, мы обращали особое внимание на устойчивость некоторых параметров модели по времени, особенно параметров, которые фиксируют стоимость инфляции. Вполне возможно, что сегодня издержки инфляции выше, поскольку глобализация и большая легкость прямых иностранных инвестиций, создают новые возможности для производителей в вопросах переноса их деятельности из стран с более высокой степенью неопределенности. Инфляция выше некоторого порога может генерировать такую неопределенность и снижать привлекательность дальнейшего ее использования для эрозии задолженности.
Более того, история показывает, что умеренная инфляции может содержать риск непреднамеренного ускорения до двузначного уровня, как это произошло в 1947 году и в 1979-1981 годах. Такой результат зачастую приводит к отрицательным последствиям в долгосрочной перспективе. Ускорение инфляции имело ограниченные глобальные последствия, когда государственный долг был внутри страны и США были бесспорными экономическим лидером мира. Сегодня дела обстоят не так, непреднамеренное ускорение инфляции до двузначного уровня в будущем может иметь непредвиденные отрицательные последствия, включая рост напряженности в отношениях с кредиторами, глобальные конфликты и меньшее доверие к доллару.[3]
Сноски
1 TIPS составляет менее 10% от общей задолженности.
2 расчет предполагает, что срок погашения не зависит от инфляции. Мы проверяли правильность этого предположения на данных по США в период после окончания Второй мировой войны. Они это подтверждают.
3 Угроза по отношению к доллару смотри Chinn and Frankel (2008) and Frankel (2008).
Ссылки
Joshua Aizenman Nancy Marion
18 December 2009 VOX
Как только государственный долг США по отношению к ВВП достигнет уровня 100%, политики могут соблазниться использовать инфляцию для сокращения задолженности. В этой колонке анализируется возможный вариант развития событий и делается вывод о том, что он не надуманный. В США инфляция на уровне 6% в течение четырех лет приведет к сокращению уровня долга к ВВП на 20%, этот сценарий аналогичен тому, что произошло после Второй Мировой войны.
С начала 2007 года финансовый кризис вызвал $ 1.62 трлн списаний и кредитных потерь у американских финансовых учреждений, погрузив американскую экономику в глубочайшую рецессию со времен Великой Депрессии и мировую экономику в свою первую рецессию со времен Второй Мировой Войны. Федеральная резервная система отреагировали агрессивно. Налогово-бюджетная политика также стала экспансионистской. Сейчас США столкнулись с огромными дефицитами и ростом государственного долга. Если экономический подъем по прежнему будет слабым, то большой дефицит и растущая задолженность, вероятно, сохраняться на несколько лет. Не удивительно, что озабоченность по поводу дефицита государственного бюджета и растущего государственного долга в настоящее время доминирует в политических дебатах (Cavallo and Cottani 2009).
Многие наблюдатели опасаются, что соотношение долга к ВВП прогнозируемое на ближайшие десять лет является неустойчивым. Если предположить что дефицит можно обуздать, как можно сократить коэффициент долг/ВВП? Существуют четыре основных механизма:
ВВП может расти достаточно быстро, чтобы уменьшить соотношение. Этот сценарий требует мощного экономического подъема после финансового кризиса.
Инфляция может расти, уменьшая реальную стоимость долгов, принадлежащих кредиторам и эффективный коэффициент долга. Иностранные кредиторы, владеющие значительной частью долларовой задолженности федерального правительства США, будут делить бремя ответственности за любое увеличение американской инфляции с отечественными кредиторами.
Правительство может использовать налоговые поступления чтобы выплатить некоторые долги.
Правительство может объявить дефолт по некоторым из своих долговых обязательств.
За свою историю, США полагались на каждый из этих механизмов для сокращения своей задолженности к ВВП. В недавней статье (Aizenman and Marion 2009), мы рассматриваем роль инфляции в снижении бремени задолженности федерального правительства. Мы пришли к выводу, что инфляция на уровне 6% в течение четырех лет, может сократить соотношение долг / ВВП на весьма внушительные 20%.
Факты
Рисунок 1 изображает тенденций в общей федеральной задолженности и той ее части которая принадлежит публике, в том числе Федеральной резервной системе, начиная с 1939 г. по настоящее время. В 1946 году валовой федеральный долг принадлежащий публике составлял 108,6% ВВП. В течение следующих 30 лет, долг в процентном отношении к ВВП уменьшался почти каждый год, в основном благодаря расширению экономики, а также инфляции. К 1975 году валовой федеральный долг, принадлежащий публике сократился до 25,3% ВВП.
Рисунок 1 Задолженность в виде доли от ВВП
Период после Второй мировой войны является особенно показательным. Из рисунка 2 видно, что между 1946 и 1955 годами, соотношение долг / ВВП сократилось почти наполовину. Средний срок погашения задолженности (average maturity of the debt) в 1946 году составлял 9 лет, а средний показатель инфляции за этот период равнялся 4,2%. Таким образом, инфляция в 1946 году сократила соотношение долг / ВВП почти на 40% в течение десятилетия.
Рисунок 2. США сокращение задолженности, 1946-1955 гг.
В последние годы соотношение долг / ВВП резко увеличилось, особенно после финансового кризиса. В 2009 году оно достигло уровня, невиданного с 1955 года. Рисунок 3 показывает три 10-летних прогноза, с указанием задолженности, принадлежащей публике, оценка колеблется от 70 до 100% ВВП.
Рисунок 3. Прогнозируемое долговое бремя Америки
Правительство, которое имеет значительный номинальный долг, выраженный в своей собственной валюте может попытаться использовать инфляцию, для уменьшения бремени задолженности. Если иностранные кредиторы удерживают значительную долю задолженности соблазн использовать инфляцию становится еще больше, поскольку они будут нести определенный инфляционный налог. Короткие средние сроки погашения займов и индексируемая задолженность ограничивают возможности правительства по сокращению долгового бремени за счет инфляции.
Рисунок 4 показывает долю государственного долга США принадлежащую иностранным кредиторам. Удельный вес иностранного капитала фактически был равен нулю вплоть до начала 1960-х. Однако резко возрос в последние годы, особенно после азиатского финансового кризиса 97-98 гг, и сейчас составляет 48,2% находящейся у публики государственной задолженности в 2008 году. Таким образом, иностранные кредиторы будут нести около половины любого инфляционного налога, а использование инфляции нанесет значительный удар по Китаю и Японии.
Рисунок 4. Удельный вес иностранцев в государственной задолженности
Рисунок 5 иллюстрирует средний срок погашения долга, находящегося в руках частных инвесторов, а также задолженность, в виде доли от ВВП. Как отмечает ряд авторов, США демонстрируют положительную связь между сроками погашения и коэффициентом долг / ВВП в период после окончания Второй мировой войны. Большинство развитых стран показывает малую корреляцию между сроками погашения и соотношением долг / ВВП. США, похоже, исключение. Срок к погашению государственного долга США в период после окончания Второй мировой войны сократился с 9,4 лет в 1947 году до самого низкого уровня в 2,6 лет к 1976 году. В июне 2009 года, средний срок составил 3,9 года. Большая часть этой задолженности является номинальной [1].
Рисунок 5. Средний срок погашения и соотношение долг/ВВП
Инфляция как средство сокращения долгового бремени
Рисунок 6 иллюстрирует процентное снижение соотношения долг / ВВП в соответствии с различными сценариями инфляции [2]. Инфляция принесла самое резкое снижение соотношения долг / ВВП - и реальной стоимости долга - в период сразу после Второй мировой войны. 5% увеличение инфляции, начиная с 1946, например, привело к сокращению соотношения долг / ВВП с 108,6% до 59,3%, снижение коэффициента задолженности составило 45%. Не только из-за большого долгового навеса инфляция использовалась в то время; когда война закончилась она была весьма низкой (2,3%) и сроки погашения задолженности были высокими. Таким образом имелось пространство для роста инфляции - и она выросла до 14,4% в 1947 году, прежде чем значительно упасть. Средний уровень инфляции в течение этого десятилетия составил 4,2%. Кроме того, длительные сроки погашения также содействовали ослаблению долгового бремени. Сроки были более 9 лет на протяжении 1945-48 годов, а затем постепенно снижались до 8,17 в 1950 году.
Рисунок 6. Влияние инфляции на задолженность в виде доли от ВВП
В противоположность этому, инфляция оказала небольшое влияние на уменьшение долгового бремени в середине 1970-х годов. Этот период характеризуется более низкой задолженностью, более высокой инфляцией, и короткими сроками погашения задолженности (до 3 лет). В результате, в 1975 году рост инфляции на пять процентных пунктов, привел к сокращению соотношения долг / ВВП с 25,3% до 21,9%. Предполагаемое влияние инфляции на сегодняшний коэффициент долг / ВВП больше, чем в середине 1970-х годов, но не столь велико, как в середине 1940-х гг. Если уровень инфляции будет на 5% выше, соотношение долг / ВВП будет примерно на 20% ниже, т.е. коэффициент задолженности составит 43,4% вместо 53,8%. Наши расчеты влияния инфляции на задолженность основаны на том, что все долги деноминированы в национальной валюте, не индексируются, и сроки погашения инвариантны по отношению к инфляции. Результаты регрессионного анализа подтверждают, что сроки погашения задолженности США за период 1946-2008 годов не реагируют на инфляцию.
Мы разработали модель, которая показывает, какие затраты и выгоды, связанны с инфляционным способом сокращения долгового бремени. Модель, основанная на работе Barro (1979), показывает, что иностранная доля в номинальной задолженности является важным фактором, определяющим оптимальный уровень инфляции. Также на этот показатель оказывают влияние размер долга к ВВП, доля задолженности, которая индексируется с учетом инфляции и расходы на сбор налогов. Выводы сделанные нами на основе модели заключаются в том, что идея размывания задолженности за счет инфляции не является надуманной. Модель предсказывает, что инфляция на уровне 6% может сократить соотношение долг / ВВП на 20% в течение четырех лет. Это инфляция лишь немного выше, чем средний показатель наблюдавшийся после Второй Мировой Войны. Конечно, оценки инфляции будут гораздо выше, чем 6%, если доля публичной задолженности США приблизится к 100%, как это было в конце Второй мировой войны.
Интерпретации
Текущий период и послевоенное время имеют две общие черты. Они начинались с большой задолженности и низкого уровня инфляции. Оба фактора повышают соблазн ослабить долговое бремя за счет инфляции. Тем не менее, существуют и два важных различия между периодами. Сегодня гораздо более значительную долю государственного долга держат в своих руках иностранные кредиторы - 48%, вместо ноля. Столь крупная иностранная доля увеличивает соблазн инфляционного снижения долга. Другим важным отличием является то, что сроки погашения задолженности сегодня составляет менее половины того, что наблюдалось в 1946 году 3,9 лет вместо 9. Короткие сроки наоборот охлаждают искушение воспользоваться инфляцией. Эти два противоборствующих фактора компенсируют друг друга, и конечным результатом в простой модели оптимизации будет уровень инфляции несколько выше, чем в период после Второй мировой войны, и на более короткий срок.
При моделировании, мы обращали особое внимание на устойчивость некоторых параметров модели по времени, особенно параметров, которые фиксируют стоимость инфляции. Вполне возможно, что сегодня издержки инфляции выше, поскольку глобализация и большая легкость прямых иностранных инвестиций, создают новые возможности для производителей в вопросах переноса их деятельности из стран с более высокой степенью неопределенности. Инфляция выше некоторого порога может генерировать такую неопределенность и снижать привлекательность дальнейшего ее использования для эрозии задолженности.
Более того, история показывает, что умеренная инфляции может содержать риск непреднамеренного ускорения до двузначного уровня, как это произошло в 1947 году и в 1979-1981 годах. Такой результат зачастую приводит к отрицательным последствиям в долгосрочной перспективе. Ускорение инфляции имело ограниченные глобальные последствия, когда государственный долг был внутри страны и США были бесспорными экономическим лидером мира. Сегодня дела обстоят не так, непреднамеренное ускорение инфляции до двузначного уровня в будущем может иметь непредвиденные отрицательные последствия, включая рост напряженности в отношениях с кредиторами, глобальные конфликты и меньшее доверие к доллару.[3]
Сноски
1 TIPS составляет менее 10% от общей задолженности.
2 расчет предполагает, что срок погашения не зависит от инфляции. Мы проверяли правильность этого предположения на данных по США в период после окончания Второй мировой войны. Они это подтверждают.
3 Угроза по отношению к доллару смотри Chinn and Frankel (2008) and Frankel (2008).
Ссылки
Aizenman, Joshua and Nancy Marion (2009), ‘Using Inflation to Erode the US Public Debt,” NBER Working Paper 15562.
Barro, Robert (1979), “On the Determination of the Public Debt”, Journal of Political Economy, Vol. 87, 940–71.
Cavallo, Domingo and Joaquín Cottani (2009), “A simpler way to solve the “dollar problem” and avoid a new inflationary cycle”, VoxEU.org, 12 May.
Chinn, Menzie and Jeffrey Frankel (2008), "Why the Euro Will Rival the Dollar”, International Finance, 11(1), 49-73.
Frankel, Jeffrey (2008), "The euro could surpass the dollar within ten years”, VoxEU.org, 18 March.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
Сообщения
