Долговая ловушка

Внезапно всех взволновавшие проблемы фискальных дисбалансов у совершенно разных стран продолжают давить на рынки. После Греции, фискальные фетишисты (см. предыдущие посты) набросились на Португалию. Кто может стать следующим объектом их безумной страсти выискивать слабых и пытаться отбить их у стаи? Это помогут выяснить несколько табличек от Платана.


Пара таблиц от Платана (Buttonwood's notebook):


Долговая ловушка: темпы роста ВВП в текущих ценах ниже ставки по долгу. В долгосрочной перспективе вы банкрот если у вас дефицит.

В правой таблице добавлен чистый госдолг, а не те японские 200% которыми иногда мракобесы пугают всех и вся мракобесов :) как уже неоднократно замечали знающие люди. Позиция в рейтинге полученная суммированием позиций по двум показателям. Чем меньше число, тем хуже.

Есть еще картинка с учетом бюджетного дефицита, но тут чего то очень маленькие числа: по Греции смехотворные 2%, а у Португалии 3,9% но вставлю для полноты картины, хотя повторюсь я бы ориентировался на среднюю табличку пока.

японский клуб

Две печальных статьи о Японии:

http://www.economist.com/businessfinance/displayStory.cfm?story_id=15176489

Времена бума прошли, но память осталась.
Когда-то японцы покупали Ренуара и Ван Гога на международных аукционах, летали на пару дней кататься с гор и прочее, и прочее. Теперь дела идут хуже. Спустя 20 лет Никкей в 4 раза ниже уровня конца 1989 года. ВВП скатился к показателям 1992 года. Дефляция вновь набирает обороты. Цены на городскую недвижимость упали на 2/3, а на элитную местами на 90%.

Пусть кризис не был столь глубоким как в Америке 30х годов, но его продолжительность и перманентное воздействие в ходе 20 лет наложили отпечаток на поведение людей. Они потеряли веру в экономическую мощь Японии и полны пессимизма.

Инвесторы погрузились в неприятие риска. Частники и население стали направлять все свои средства в почтовые программы сбережений или в банки. Банки и почта покупали на эти деньги безопасные облигации. Бычий тренд на рынке суверенных облигаций Японии один из самых протяженных в истории. Многие просто стали держать деньги в наличных. Те кто не хотели мириться с низкими доходностями стали искать счастья за границей. От Новой Зеландии до Исландии, вот и Бразильская олимпиада будет строится на деньги японских инвесторов.

Также сильно пострадали банки. Дефляция сглаживает кривую доходности, не позволяя им зарабатывать, а перегрузка неработающими судами давит на балансы. Дефляция помогла экспортерам выбраться из кризиса, путем снижения цен и издержек, но не помогла местным компаниям в менее конкурентных и неторгуемых секторах.

В добавок ко всему растет социальная напряженность. Увеличилась доля занятых на неполный рабочий день. Также растет доля работающих женщин, т.к. доходов одного члена семьи уже не хватает. В результате старое общество становится еще старее. Детей содержать слишком затратно и сбережений не хватает. К тому же у многих близок пенсионный возраст, так что сбережения скоро начнут проедать...

http://www.nytimes.com/2010/01/02/business/global/02capsule.html?em

Текущий же кризис лишь вскрыл эти тенденции в обществе. Так для некоторых людей в Токио домом является пластиковая капсула размерами 6,5 футов на 5 и меньше человеческого роста. такие отели появились давно, но раньше они использовались теми кто опоздал на последний поезд и ночевал в городе рядом с работой, а не дома. Теперь же растет число постоянных жителей. Правительство даже разрешило регистрировать эти капсулы как ПМЖ.

Правительство говорит о 15800 бездомных по всей стране (от себя: большой бред!!!), добровольцы из различных организаций помощи о 10000 только в Токио. Правительство не учитывает тех кто ночует в интернет кафе, отелях капсулах, круглосуточных заведениях.

Растущая безработица вновь обостряет классовые различия. В 70е годы, когда был бум общество становилось боле равномерным. Теперь после 20 лет кризиса процесс идет в другую сторону. В Японии 15,7% населения живет за чертой бедности, очень высокий показатель для развитой страны.

Какой выход предложит правительство не ясно. Очевидно решено продолжать закатывать деньги в з/о и асфальт. Последние разборки в МФ возможно говорят об этом. Хотя скорее всего это возня между чиновниками и выборными людьми за место у руля.

БигМаки

По совету, gwadelup расчитал количество БигМаков в подушевом ВВП. Хотелось бы конечно в подушевом национальном доходе, но МВФ WEO DATA дает только ВВП.



Также сравнил насколько оценка ППС от МВФ отличается от оценки на основе БигМака. На графике ниже показано на сколько % курс ППС по БигМаку отличается от ППС согласно расчетам МВФ. То есть возьмем к примеру ГК. ППС МВФ составляет 5,39 (оценка за 2009 год), а ППС Экономиста равняется 3,73. То есть Экономист курс завышает. Поэтому там так много БигМаков в подушевом ВВП, а БигМак должен бы стоить побольше, если верить МВФ. В некоторых страна, как говорит Вики, МакДональдсы не так доступны как скажем местные марки, с теми же продуктами, поэтому там где вы купите один БигМак, вы можете купить условно 1,5 местных бургера. Например Венгрия или Бразилия.

График надо инвертировать, но тогда бы подписи данных были закрыты.


Для любителей различных сравнений ценовых уровней очень занятные данные есть в исследовании UBS Prices and Earnings Вот табличка оттуда, дающая лучшее представление о том сколько надо работать, чтоб купить один БигМак (и не только):



Водителю автобуса в Пекине, получающему 3700 долларов в год, дороговато идти в МакДональдс и покупать бургер за $1,83. А вот водителю даблдеккера (они еще ездят, по улицам Лондона, подскажите кто знает?) с доходом в 23100 долларов отдать за БигМак 3,67 уже не так накладно. Вообщем занимательная экономическая арифметика. Спасибо глобализации и ТНК.

Источники данных для графиков:
http://www.oanda.com/currency/big-mac-index
http://www.imf.org/external/pubs/ft/weo/2009/02/weodata

The Big Mac index

Экономист опубликовал, в очередной раз, свой индекс БигМака:



В Норвегии не только Ауди А3, но и БигМаки дорогие :) но вот сомневаюсь, что "идиоты" могли бы делать лучший в мире браузер, которому в этом году исполнится 15 лет :)

Надо посмотреть какие еще круглые даты нас ожидают. Ближайшая, 105 годовщина кровавого воскресенья, ставшего символом грядущих потрясений и массового истребления населения Империи.

Придавленные

Europe's public finances
Weighed down
Nov 19th 2009
From The Economist print edition

Рецессия может оставить многим странам фискальное бремя, сбросить которое будет очень тяжело.

Плохой новостью для политиков и хорошей новостью для экономики является тот факт, что им больше не удастся избегать печального состояния государственных финансов. Данные, опубликованные 13 ноября показали, что в экономика зоны евро выбралась из рецессии в 3 квартале 2009 года. ВВП вырос на 0,4%, первый квартальный рост более чем на год. Учитывая масштабы спада, процесс восстановления будет скромным: ВВП по-прежнему на 4,1% меньше, чем годом ранее.

Такой глубокий спад не мог не сказаться на государственных финансах. Средний дефицит бюджета в 16 странах еврозоны будет составлять 6,4% от ВВП в этом году, достигнув 6,9% в 2010 году, согласно прогнозу Европейской комиссии. Если не будут приняты меры для обуздания дефицита, государственный долг увеличится до 88% ВВП к 2011 году, это на треть выше, чем до кризиса (см. диаграмму).



Эта смесь слабой экономики и разваливающихся государственных финансов создает дилемму для политиков. Есть риск, что государственный долг в конечном итоге выйдет из-под контроля, если не будет роста налогов или сокращения расходов. Но если финансовая поддержка будет снята слишком быстро, экономика может нырнуть обратно в рецессию. Для решения этой проблемы страны Европейского союза в принципе согласились на "амбициозное" ужесточение бюджетной политики, но только с 2011 года. К тому времени, есть надежда, что экономика будет достаточно сильной, чтобы противостоять сокращению государственной поддержки.

Комиссия будет играть роль координатора и наблюдателя, хотя и не ясно как будут исполняться ее предписания. 11 ноября она предложила, чтобы 13 стран ЕС с большим дефицитом снизили его до 3% ВВП самое позднее к 2014 году. Министры ЕС рассмотрят эти планы на встрече 2 декабря. Страны находящиеся в худшем финансовом положении должны будут сделать больше остальных. Например, Ирландии придется повысить налоги или сократить расходы на 2% ВВП каждый год в течение пяти лет для достижения указанных целей. Германии же, напротив, необходимо ужесточить фискальную политику ежегодно в среднем лишь на 0,5% от ВВП в течение трех лет.

Работа по ремонту государственных финансов, имеет больше шансов на долгосрочный успех, если опирается на сокращение расходов, а не на рост налогов. Но это средство будет трудно применить слишком строго, особенно в наиболее пострадавших странах, таких, как Ирландия и Испания. Налоговые поступления в Ирландии сократились на треть с 2007 года, гораздо больше 13%-ного падения номинального ВВП. Аналогичная ситуация в Испании, доходы, вытекающие из жилищного бума - налог на добавленную стоимость (НДС) по новым домам, налог на прирост капитала, трансакционные сборы - иссякли и больше не вернутся.

Сдвиг в экономике обеих стран от внутренних расходов также оказывает свое влияние. Экспортный рост, имеет свою привлекательность, но он не очень помогает бюджету где налоги на потребление занимают большую долю от общей выручки (см. статью). Взрыв пузыря на рынке недвижимости показал насколько уязвима такая налоговая база.

Ирландия уже ужесточила фискальную политику примерно на 5% от ВВП, начиная с июля 2008 года, самого разгара рецессии. Правительство будет устанавливать свои бюджетные планы на 2010 год 9 декабря, как ожидается, оно должно сберечь € 4 млрд или собрать дополнительных налогов на эту же сумму, чтобы стабилизировать дефицит. Предварительный доклад о бюджете обратил внимание на значительный рост заработной платы и занятости в государственном секторе на протяжении последних десяти лет. Это является прямым намеком, что сокращение зарплат рассматривается среди возможных вариантов. Испания планирует сократить свой дефицит за счет повышения основной ставки НДС с 16% до 18% в июле следующего года, постепенного отказа от налоговых льгот и урезания инвестиционных схем для малого бизнеса, которые были частью фискального стимула.

А что говорят в Париже?

Такие действия по решению бюджетных проблем больше основаны на опасениях мести со стороны рынков облигаций, чем на нотациях из Брюсселя. Крупнейшим членам ЕС будет необходимо придерживаться программы разработанной комиссией, чтобы она могла сохранить хоть какой-то вес. Хоакин Альмуния, еврокомиссар по экономике, кажется не слишком переживает относительно планов нового немецкого правительства по снижению налоговых ставок, хотя они не являются частью его расчетов. Германия имеет достаточного потенциала и авторитета, чтобы ужесточить свою политику чуть позже, чем другие. Италия оказалась куда дисциплинированнее. Благодаря осторожным во время кризиса инвесторам, Италия не может себе позволить увеличение и без того огромной государственной задолженности. Она избегала любого значимого стимула в ходе рецессии, и теперь ей предстоит сделать меньше, чтобы восстановит контроль за дефицитом.

Критика комиссии гораздо больше должна раздражать Францию. Брюссель хочет кумулятивного ужесточения бюджетной политики в размере 5% от ВВП к 2013 году. Франция требует продления срока. Даже если она добьется этого, ситуация по-прежнему будет весьма непростой. Доля государственных расходов в экономике является самой высокой в еврозоне. Сокращение обязательный расходов, а не увеличение налогов, было бы лучшим средством против бюджетного дефицита. Но трудно себе представить, что наступление на социальные программы пройдет одновременно с президентскими выборами в 2012 году. Франция имеет небольшой опыт сокращения бюджетных расходов так что ориентир в 3%-ный дефицит представляется отдаленной перспективой.

Более неотложной проблемой является Греция (см. статью). Ее новое правительство говорит, что дефицит бюджета в этом году будет 12,7% ВВП, что намного больше предыдущих прогнозов. Что еще хуже, дефицит прошлого года был пересмотрен до почти 8% от ВВП, частично, по-видимому, из-за неоплаченных счетов медицинских поставщиков. Fitch, рейтинговое агентство, немедленно снизило рейтинг облигаций Греции от А до А- (сейчас уже ВВВ+) и предупредило о дальнейшем понижении, если правительство не уточнит, как собирается бороться с бардаком в госфинансах.

Комиссия сочла, что "никакие эффективные действия" не были приняты Грецией по решению проблемы дефицита, этот упрек должен быть одобрен министрами ЕС в следующем месяце. Новый план действий в Греции будет принят в феврале. Без мер по исправлению положения, государственный долг, как ожидается, достигнет 135 % от ВВП уже в 2011 году. Тем не менее инвесторы пока оптимистичны: десятилетние облигации торгуются с доходностью ниже 5% (вчера шли по 5,3). Это может отражать предположения, что партнеры по еврозоне не должны бросить ее в беде. Но их бесит греческая распущенность, поэтому полностью положиться на них нельзя.

Странам с глубокими карманами достаточно своих бед. Повсюду распыляемые для смягчения рецессии деньги - в доплатах к заработной плате, в программах по стимулированию спроса и пр. - должны откуда-то финансироваться. Сокращение финансовой поддержки будет тормозить и без того медленное восстановление. Учитывая масштаб корректировки необходимый в некоторых странах, трудно быть слишком оптимистичными по поводу перспектив роста еврозоны.

Немецкие бондари (не те кто бочки делают, а те кто облигациями ворочуют :) говорят, что все гуд и на греческих бумагах можно заработать, а не брешут ли?

Строители пальмы решили подождать

Экономист еще месяц назад писал, что Дубай роет себе яму, занимая все больше и больше. Но приэтом отмечал, что долги по публичным обязательствам он, всего скорее, погасит, ибо негоже international financial centre кидать своих инвесторов, как это пытаются делать в Саудовской Аравии:

In neighbouring Saudi Arabia, reports suggest an indebted family conglomerate is trying to resolve its debts by favouring local banks at the expense of foreign ones. Given how much Dubai has spent polishing its image as an international financial centre, it would be suicidal for the emirate to do the same, say analysts.

Вообще думали, что Абу Даби даст денег в Dubai Financial Support Fund и поможет в случае чего:

They guessed that Dubai’s neighbour, Abu Dhabi, the wealthiest member of the United Arab Emirates (UAE), with over 90% of its oil, could not let its troubled cousin fail. In February it bought $10 billion-worth of Dubai’s bonds on soft terms through the UAE’s central bank. Dubai is preparing to raise a second $10 billion tranche from the central bank.

А зря, денег дали, но... Абу Даби решили проучить своих соседей. Дубай во времена процветания отстравивался и привлекал огромные средства, а ведь у самого нефти кот наплакал :) Соседям было обидно, вот теперь они хотят, чтоб Дубай почуствовал - за праздник надо платить и слишком перебирать со всякими сладостями типа островов в виде пальм не стоит :)



Вообще же очень верно замечено:

One banker describes the emirate as an "integrated service industry, no different from a very large Euro Disney". Such an industry can and should carry a certain amount of debt. But it has to learn how to pay for that debt from serving customers, not speculators.

Так что солнце все же заходит над Дубаем :) а платить ему еще предстоит не мало:

И кое-кому придется понервничать. Хотя чего нервничать, сиди себе на пляже и попивай апельсиновый сок...

Stemming the tide

America's fiscal deficit
Stemming the tide

Nov 19th 2009 | WASHINGTON, DC
From The Economist print edition

ПРЕПЯТСТВИЕ РАЗВИТИЮ

Беспрецедентный уровень государственного долга может потребовать радикальных решений.

Недавно студенты National Defence University в Вашингтоне, округ Колумбия, разработали модель экономики и попытались исправить бюджет. Чтобы снизить федеральный долг, они взвинтили налоги и уменьшили расходы. Экономика оперативно рухнула, подняв долг на еще более высокий уровень, чем раньше. Вывод: "Вас никогда не переизберут, а ваши действия могут принести гораздо больше вреда, чем пользы.", заключил Эрик Би (Eric Bee), полковник военно-воздушных сил, принимавший участие в эксперименте.

Такова уродливая арифметика государственных финансов Америки. Спад и агрессивный фискальный стимул оказали огромное влияние на распухающий дефицит федерального бюджета. Стимул был необходим, чтобы смягчить падение частного спроса. Несмотря на все это экономика страны еле-еле вышла из рецессии, безработица по-прежнему растет, и ширятся спекуляции о необходимости нового стимула. Но одновременно избиратели все с большей тревогой посматривают на растущий дефицит, и вопрос времени, когда этим обеспокоятся рынки.

При текущей политике дефицит федерального бюджета, который достиг послевоенного максимума в 10% ВВП за прошедший финансовый год, снизится до 4,2% к 2014 году, а затем неуклонно будет расти. Советники Барака Обамы знают, что это неприемлемо. В новом бюджете, рассмотрение которого начнется в феврале, правительственные департаменты, как говорят, должны быть готовы затянуть пояса потуже. Между тем Консультативный комитет под председательством Пола Волкера, бывшего главы Федеральной резервной системы, будет отчитываться перед президентом в начале декабря о возможных изменениях в системе налогообложения для ее точной настройки, но не для увеличения налоговых сборов.

Но администрация отказывается от каких-либо конкретных обязательств по сокращению дефицита. Посткризисный опыт других стран показывает, что американское восстановление будет слабым и хрупким. Студенты пришли к выводу, что преждевременное ужесточение налогово-бюджетной политики может задушить восстановление на корню и ухудшит будущие дефициты. "Принимать разумные действия относительно дефицита сейчас было бы очень глупо", отмечает Пол Кругман, лауреат Нобелевской премии.

Тем не менее, постоянные дефициты в конечном счете могут привести к росту процентных ставок, а неопределенность относительно того, когда и как будут расти налоги, может ослабить доверие бизнеса. Высокие процентные расходы будут отнимать деньги от других государственных направлений, а также ограничат гибкость реагирования на будущие экономические потрясения. "Пока преждевременно осуществлять выход из фискальной поддержки, но правительства должны без колебаний представить надежную стратегию выхода уже сейчас", заявил Международный валютный фонд (МВФ) 3 ноября.

Такие объявления, даже без немедленного сокращения расходов или повышения налогов, могли бы способствовать снятию напряжения нервы. И фактическое сокращение дефицита, если все сделано правильно, может способствовать экономическому росту. Например, исправление компенсационных программ для пожилых людей может продлить трудовую жизнь американцев и расширить рабочую силу; перенос бремени налогов на потребление может увеличить сбережения и инвестиции. Но все это будет нелегко.

В начале прошлого года Congressional Budget Office (CBO) ожидали, что публичный федеральный долг, достигавший тогда 40% ВВП, упадет до 28% в течение десятилетия. Теперь он достигает 82%. Как заметили Уильям Гейл (William Gale) и Алан Ауэрбах (Alan Auerbach), два видных эксперта в области фискальной политики: "Будущее уже наступило".

Используя оценки СВО относительно экономического роста и процентных ставок, и предполагая, что Обама исполнит свои последние бюджетные планы (например, его налоговый кредит для заработной платы станет постоянным, а сокращение налоговых ставок сделанное Джорджем Бушем сохранится для всех слоев населения, кроме самых богатых), дефицит в 3% от ВВП в 2014 году (вместо 4,2%) стабилизирует задолженность у отметки 70% ВВП. Это потребует сокращения дефицита более чем на 200 млрд. в 2014 году и более чем на 500 миллиардов в 2019. Что составляет 1,2% накопленных бюджетных расходов в течение трех лет, и примерно в два раза больше для семи лет. Конкретные сроки не важны; промедление на несколько лет, означает всего лишь более высокую задолженность. В любом случае существует опасность что экономика все еще будет очень слабой. И этого может быть недостаточно.

Рост на расходах

Дальнейшие усилия в период после 2019 будут необходимы из-за растущего давления на долг со стороны обязательных расходов (entitlement spending). Эти расходы будут постоянно увеличиваться так как бэбибумеры продолжат достигать пенсионного возраста, и становится немощными.

Основной рост дефицита приходится на расходы, которые составляли в среднем 21% ВВП с 1980 по 2007 год, но вырастут до 25% к 2019 году, в соответствии с СВО (см. рисунок 1). Часть этого роста исходит от увеличения процентных расходов, как ожидается, они поднимутся более чем в три раза от нынешних 5% в общем объеме расходов. Но entitlement spending это бюджетный слон. Исходя из текущей политики, пенсионное обеспечение и медицинское обслуживание для пенсионеров (программы Social Security и Medicare, соответственно) и медицинское обеспечение для малоимущих (Medicaid) вырастут с 10% ВВП в 2011 г. до 18% к 2050 году.

Обама давно планировал, что его реформа здравоохранения не только покроет не имеющее страховки население, но и остановить долгосрочный рост расходов на здравоохранение. В настоящее время законопроект находится в Конгрессе, но вторая цель возможно недосягаема. Хотя Обама настаивает на том, что реформа не увеличивает дефицит, она поглощает часть доходов, которые можно было бы использовать для его снижения.

Снижение расходов на социальное обеспечение является наиболее очевидным шагом в этом направлении. Во-первых, так как американцы сегодня живут лучше и дольше, чем поколение назад, возраст дающий право на выплаты по программе соцобеспечения, который к 2027 году увеличится до 67 лет, может быть увеличен до 70 лет и привязан к ожидаемой продолжительности жизни впоследствии. Пороговый возраст для Medicare, составляющий сейчас 65, также может быть поднят. Во-вторых, начальные выплаты могут основываться в большей степени на том как росли цены, а не зарплаты в течение трудовой жизни получателя средств, за исключением самых низкооплачиваемых работников. В-третьих, выплаты могут быть привязаны к индексу инфляции с меньшим завышением, чем сейчас. В-четвертых, пока оба супруга пенсионера живы, выплаты могут быть сокращены. В целом, пособия работникам будут ниже, чем прогнозируется в настоящее время, но не в реальном выражении. Работников с низким уровнем доходов и тех, кто уже приближается к пенсионному возрасту, изменения не должны коснуться.

В настоящее время федеральное правительство оплачивает 50-83% Medicaid; штаты покрывают остальные расходы. Это стимулирует штаты к расширению охвата и увеличению пособий, поскольку они оплачивают лишь часть дополнительных расходов. Переключение Medicaid на целевые гранты, индексированные по уровню инфляции и населения, и требующие от богатых штатов большей доли в расходах, будет способствовать контролю за издержками со стороны штатов. Эта модель реформы системы социального обеспечения 1996 года, которая переключила финансирование на целевые гранты; штаты в обмен получили возможность быть более гибкими при разработке своих программ.

Штаты и их представители в Конгрессе будут жаловаться, что это просто перенос расходов с федерального бюджета на местные. Тем не менее, те штаты, которые действительно хотят более щедрых программ могут поднять местные налоги для их финансирования. Но поскольку большинство из них должно обладать сбалансированным бюджетом и имеет рейтинг меньший ААА, они будут реже федерального правительства использовать кредит для финансирования перерасходов.

Поскольку изменения в расходах по социальным обязательствам должны осуществляться поэтапно и медленно, они предлагают лишь ограниченные сбережения доходов в краткосрочной перспективе. Другие программы, такие как финансирование шоссе и помощь сельскому хозяйству, также могут быть урезаны, и, возможно переданы в ведение штатов. Оборона и дискреционные расходы составляют только треть от общего числа, и Обама уже планирует уменьшить их в номинальном выражении к 2014 году, когда война в Ираке и Афганистане (если повезет) закончится и стимулы пройдут. После этого они будут расти лишь немного быстрее инфляции. Замораживание их на уровне 2014 года сократит их в реальном выражении. Тем не менее ежегодно это будет сохранять лишь $ 160 миллиардов до 2019 года. Даже ликвидация пресловутых целевых проектов (earmark), поддерживаемых в федеральном бюджете отдельными конгрессменами, позволит сэкономить менее чем $ 20 млрд. в год; и в любом случае они лишь перегруппировывают бюджетные статьи, а не расширяют их.




Налоговый лабиринт

Меры, изложенные выше, возможно могут генерировать, половину сбережений, необходимых для получения дефицита в 3% ВВП (см. таблицу). Без более резкого сокращения других расходов достичь требуемого результата можно только засчет налоговых поступлений. Сокращение налогов принятое во времена Джорджа Буша истекает в конце следующего года. Это может послужить катализатором более фундаментальной налоговой реформы.

Америка чрезмерно зависит от налогов на заработную плату и доходы, как людей, так и корпораций (см. диаграмму 2 и статью). Это делает невыгодным работу и инвестиций, и призывает к заимствованиям и расходам. Изъятия, кредиты и лазейки, примерно в $ 1 трлн в год затуманивают систему и искажают поведение. Вычеты для работодателей предоставляющих медицинское страхование стимулирует дорогие планы и расходы. Ипотечный процентный вычет способствует заимствованиям и кредитной перегрузке (leverage). Крупнейшие лазейки используются богатым, что делает налоговую систему менее прогрессивной, а также поощряет безудержное уклонение от налогов. Сегодня налоговый кодекс это несколько миллионов слов и изменения, в среднем, более чем один раз в день. Расходы на соблюдение всех его положений ежегодно составляют $ 200 миллиардов. Все это усугубляется "альтернативным минимальным налогом" (АМТ), параллельным подоходному налогу, направленным на богатых, и ежегодно пересматриваемым, чтобы избежать попадания под его действие среднего класса.

Экономисты обычно говорят о двух направлениях налоговой реформы: меньшей сложности и большем уклоне в сторону налогообложения потребления. Существует два способа достижения этих целей. Первый заключается в расширении налогооблагаемой базы за счет устранения лазеек при одновременном снижении ставок, как это произошло при последней большой реформе в 1986 году. Некоторые льготы, например по пенсионным сбережениям, следует сохранить. Отмена вычетов для работодателей предоставляющих медицинскую страховку, вычетов по ипотечным кредитам, льгот по налогу на прирост капитала, и по государственным и местным налогам принесет более $ 500 миллиардов в 2014 году. Часть из них может быть использована для сокращения дефицита, а остальное для уменьшения АMT.

Реализовать эти предложения напрямую, скорее всего, политически невозможно. Но такой же результат может быть достигнут путем ограничения вычетов для работодателей предоставляющих медстраховку (сохраняя самые низко затратные планы) и заменой ипотечных вычетов налоговым кредитом. Некоторые консерваторы могут пойти дальше, выступая за плоскую шкалу налогообложения выше определенного базового уровня потребления. Но это сделает систему гораздо менее прогрессивной.

Вторым направлением налоговой реформы может быть замена или дополнение подоходного налога широким налогом на потребление. Есть много вариантов как это сделать. Можно было бы стимулировать большие сбережения, путем превращения текущего налога на доход в налог на потребление. Другим вариантом может быть национальный налог с продаж, аналогичный местным налогам с продаж, но взимаемый на федеральном уровне. Альтернативой является налог на добавленную стоимость, который существует во всех остальных странах ОЭСР (см. статью). НДС взимается на каждой стадии производства. Например, пекарь может уплатить пять центов НДС при покупке муки и собрать 25 центов НДС при продаже хлеба, в итоге государству он заплатит 20 центов.

В анализе сделанном the Tax Policy Centre по нашей просьбе 5% НДС, от которого освобождаются образование, жилищное строительство, а также религиозные и благотворительные организации, принесет $ 324 млрд в 2014 году и $ 411 миллиардов в 2019 году (агитационная речь на эту тему). Часть этих средств может быть направлена на поддержание наименее обеспеченных слоев населения, например, путем расширения налоговых кредитов для заработной платы предложенных Обамой. Остальные могут быть использованы для снижения корпоративных и личных ставок или сокращения дефицита.

Альтернативой или дополнением к одной из этих реформ может стать налог на выбросы углерода. Это позволит повысить доходы, ограничить потребление и стимулировать эффективное использование энергии. Наиболее экономически эффективным методом будет налог на углерод (carbon tax). Обама и конгресс проталкивают ограничения и торговую систему, которые делают тоже самое. Но повышение текущей ставки федерального налога на топливо будет иметь аналогичные преимущества с меньшим количеством осложнений: увеличение с 50 центов до 68 центов за галлон будет приносить около $ 60 млрд. в год.

Примет ли Америка широкий подоходный налог с низкими ставками, или НДС, или любую другую серьезную налоговую реформу, больше зависит от политиков, чем экономистов. Каждая из лазеек в Налоговом кодексе имеет ожесточенных защитников. И было бы еще труднее убедить каждого платить новый федеральный налог где этих лазеек нет во все.

Взялись за руки и прыгнули

Исторически, политиков на решение проблемы дефицита подталкивают рынки. В 1982 году Дания, Ирландия в 1987 году и Канада в 1995 году приступили к осуществлению амбициозных программ сокращения дефицита, когда растущие долги взвинтили процентные ставки. Аналогично американские сокращение дефицита, происходившие в 1985, 1990 и 1993 годах, осуществлялись при нервозности рынков. Но этого не следует ожидать сейчас. "Пока рынок облигаций находится под присмотром государственного "комитета бдительности" (vigilantes form a posse), слишком просто игнорировать этот вопрос", говорит Алан Блиндер (Alan Blinder), профессор Принстонского университета и бывший советник Билла Клинтона.

Один из способов смягчить политическое сопротивление сокращению соцобязательств и повышению налогов это обход традиционных законодательных процедур. Кент Конрад (Kent Conrad) и Джад Грег (Judd Gregg), демократический председатель и глава республиканцев в Комитете сената по бюджету, соответственно, предложили создать двухпартийную комиссию, вероятно, состоящую из представителей законодательных и административных органов. Она будут выступать с единым предложением, которое Конгресс должен одобрить или отвергнуть, но не может изменить. "Единственный способ как это сделать: все возьмутся за руки и прыгнут с обрыва вместе", говорит Грег. Это "институциональное восстание" (institutional insurrection), признает, Эван Бэй (Evan Bayh), сенатор от штат Индиана. Он говорит, что это хороший вариант.

По крайней мере три другие аналогичные предложения находятся сейчас на рассмотрении конгресса. Дюжина сенаторов заявила, что они будут поддерживать более высокий лимит национального долга, голосование по нему запланировано в ближайшие пару месяцев, только если это будет привязано к созданию такой комиссии. Обама ранее уже высказывал интерес к этой идее. Но многие конгрессмены думают, что это будет узурпация их власти. Нэнси Пелоси, спикер палаты представителей, выступает категорически против этого.

Аналогичная комиссия была создана, чтобы восстановить платежеспособность системы социального обеспечения в 1982-83 гг. Ее работа была успешной, поскольку проблема была неминуемой, а последствия провала были неприемлемы для обеих сторон, и ее члены действовали как прагматичные дельцы, говорится в совместном анализе the Brookings Institution и the Heritage Foundation. Реформа соцобязательств и налогов сегодня является гораздо более крупной и аморфной проблемой, угроза катастрофы еще очень далека, а политика более поляризована. Но "альтернатива - политический паралич - гораздо хуже," говорится в анализе.

Конечно, если Комиссия провалится, то это "будет очень болезненным моментом в глазах наших международных кредиторов", говорит Дуглас Хольц-Икин (Douglas Holtz-Eakin), бывший директор СВО. "Повышение политических ставок настолько высоко в текущей среде имеет некоторые реальные риски". Однако это также может оказать положительное влияние на комиссию и на Конгресс, чтобы утвердить ее рекомендации.

Вернемся в Университет национальной обороны: полковник Би, студент, в конце концов нашел способ уменьшить дефицит, не отправляя экономику в штопор. К сожалению, он требует, чтобы Америка обратилась к заимствованиям из-за рубежа. Би обратился к студентам, представляющим Китай, дадут ли они денег. Они сказали: "Мы подумаем об этом".

Reading

Человек (Robert Cooper) нашел способ как делать деньги на обвале рынка жилья в Южной Флориде. Он представляет в суде интересы инвесторов в многоквартирыне дома - кондоминиумы - против строительных компаний (включая Трампа). Народ не желает вкладываться в домики на побережье. А цена в многоквартирных гигантах упала с 1000 до 125-350 доларов за кв.фут. Поэтому требуют вернуть бабло. Он получает долю (примерно одну треть) от того что удается вернуть.

http://www.bloomberg.com/apps/news?pid=20601206&sid=a7s0rpuaOw50#


Экономист написал статью о том, что делать бизнес в Китае невозможно: бюрократы, препоны, регулирование, субсидирование и прочее. ТНК удается действовать только на двух концах спектра: люксовые товары с одной стороны и добыча с другой. Продажи таких монстров как P&G, AIG, Unilever на китайском рынке занимают очень малую долю в общем объеме выручки. Единственная стратегия приносящая доход заламывать высокую цену, т.к. китайцы думаю, что западные товары должны стоить больше.

Народ правда в комментх сказал, что сами иностранцы виноваты, ибо пытаются лезть в чужой монастырь со своим уставом. Они пытаются применить американскую (европейскую или какую-то другую) бизнес-модель для китайского рынка. Вместо того, чтоб разработать новую.

Вот коммент который мне больше всего понравился:
This Economist article ignores the big picture and chooses to focus on the statistically insignificant cases. It is more being far from the complete picture than being unfair perhaps, but to claim that: “To operate in China…. It takes six months to obtain a one-year licence”, is bordering white lies. This article is decidedly a disservice to readers.

One needs to look no farther than a simple check that China imported about $1 trillion dollars of foreign goods in 2008, among the most in the world and for a developing country whose per capita GDP is only about one tenth of the developed economies, to see the fallacy of the article’s rather absurd assertions.

Even Economist admits that China imports a lion share of Airbus and Boeing jets and the luxury goods (which China buys up a quarter of world’s market value in 2008 according to one report). Surely the $1 trillion should cover more than just these items.

The article’s assertion is tantamount to suggesting that Western firms doing business in China were fools. They were so “foolish” to keep pouring investment into China, to the tune of about $7 billion in last month (September, 2009) alone. There’s got to be a better reason.

The Western firms are of course no fools. In retail business alone, there are about 2400 foreign owned retail business investing a total of $48.3 b in China (about 5% of China’s total retail business). They have now cornered about 12% of Chinese retail market, not bad for a short period of no more than 15 years.

This article, coming on the heels of a flood of some 88 international protectionist sanctions or embargos against China from 19 countries or regions (with 16 cases from the U.S. and 23 cases from India) totaling $10.2 b at issue, seems to suggest more cases are to come with no letting up in sight.

And just when China is opening up and to play global good citizenship, I can’t help to thinking the words “"a war more unjust in its origin, a war more calculated to cover this country with permanent disgrace, I do not know" of a William Gladstone, MP of UK House of Commons, 1840.


Роберт Солоу (Robert Solow) агитирует за новый стимул и объясняет почему должны расти инвестиции. Потребители будут слабы в ближайшие годы (а не месяцы), у государства будет огромный долг, а чистый экспорт нарастить в достаточном объеме вряд ли удастся, то остаются только капиталовложения. Вот их и надо стимулировать Обаме. Ну или кто там после него :)


И наконец. Для тех у кого хороший английский, быстрое чтение, и время свободное есть. Очень много букв из Ньюйоркера о работе Лари Саммерса и Ко. Пока осилил только 4 страницы из 12; много сказать не могу. Больше похоже на агитку. Мол парни трудятся, но и факты из биографии тоже приведены.

Dollar pressures

Dollar pressures

Минувшая неделя прошла под знаком доллара, остановимся на этом подробнее. Сегодня на Vox Кристиан Брода (Christian Broda), Пьеро Геззи (Piero Ghezzi) и Эдуардо Леви (Eduardo Levy-Yeyati) утверждают, что окончание количественного смягчения и достаточно высокие темпы роста американской экономики в 2010 году должны оказать поддержку доллару, и обесценение доллара, вряд ли будет долгосрочным трендом. Мензи Чин (Menzie Chinn) отмечает, что все эксперты, как представляется, единодушны в оценке ближайшей стабилизации курса доллара и последующего укрепления.

Весьма интересные события развиваются на валютных рынках. Падение доллара почти наверняка способствует росту американской промышленности, которая продолжает проявлять признаки восстановления уже третий месяц подряд. В то же время, Америка, как представляется, активизирует свою критику валютной стратегии Китая, возможно опасаясь, что, как только восстановление продолжится, улучшения текущего счета произошедшие за период кризиса будут потеряны (скорее всего так и случится).

Между тем основная тяжесть падения доллара ложится на Европу. Еврозона пережила 5,8%-ное снижение объема экспорта в августе - это худший результат с января этого года. В ответ ЕС активизирует свою риторику о необходимости сильного доллара. Президент Европейского центробанка Жан-Клод Трише заявил, что сильный доллар в интересах Америки, и дал понять, что могут быть приняты меры (interventions) необходимые для поддержания доллара.

Казалось бы, решение заключается в управляемом укреплении курса юаня по отношению к доллару, но медленный и упорядоченный переход становится трудным в мире, где высокий уровень безработицы делает политиков более нетерпеливыми, чем обычно. И есть опасность, что неспособность решить проблемы, вызванные изменением валютных курсов, приведет страны к повышению торговых барьеров. Этого, вероятно, не произойдет, но эскалация риторики является плохим сигналом.

В чем разница?

Экономист пишет, что американские банки списали большую часть плохихи долгов, в то время как европейские меньшую. Хотя размеры примерно сопоставимы.

According to the latest estimates from the IMF, euro-zone banks have booked only about 40% of their expected write-downs, compared with 60% for American banks. But the absolute level of incremental losses is expected to be similar on both sides of the Atlantic, even though Europe’s banking system is bigger. All of which suggests there are not huge differences in capital levels (though European banks are taking a little longer to repay government shareholdings).

Но так как грядет ужесточение требований к собственному капиталу, то скорее всего спишут и для того сейчас активно изыскивают дополнительный капитал. Что б было чем закрыть образовавшуюся дыру.

Так же Экономист интересуется состоянием дел в автомобильной отрасли. Ехидно замечая как все обломались ожидая 5 млн. машин в год к 2012 году. Рассказывает о падении в 50%, о в свободных мощностях не возвращающих инвестиции и о том как плохо когда все идет из-за бугра (машины и комплектующие).

Допускает возможность того, чтобы ГАЗ юзал технологии Опеля но за роялти. И напоминает, что у АвтоВАЗа и ГАЗа пустые карманы. В которые всего скоре будут наливать деньги ВЭБ и СБЕР соответственно.

Я это к тому, что у наших олухов количество плохих ссуд будет только расти. Эти кредиты или облигации будут вытеснять вменяемых заемщиков и экономика будет сидеть без кредита. А ведь кредит ВАЗу и 50 средним компаниям, это разные вещи. У второго варианта риски все же ниже, как бы ни ухудшалась экономическая ситуация. ВАЗ убил не кризис. Он уже давно мертв. Грустно звучит из уст товарища из Рено:

He insists that Renault has “a long-term commitment” to AvtoVAZ, and that the use of its platforms and technology will revive the Russian firm.

Growing apart?

The euro-area economy
Growing apart?
Aug 20th 2009
From The Economist print edition

Экономика еврозоны.
Растут по одиночке?
20 августа "Экономист"

Франция и Германия вышли из спада, Италии и Испании по-прежнему нелегко. Является ли проблемой разница между ядром и периферией?

Любители европейской интеграции тратят много времени рассуждая о "двух скоростной Европе" (имеется в виду, что некоторые страны участвуют в более тесной интеграции по сравнению с другими). Теперь они также волнуются и о двух скоростной еврозоне.

Данные 13 августа по зоне евро показали, что в целом ВВП снизился лишь на 0,1% за второй квартал, это гораздо меньше чем ожидалось. Две крупнейшие экономики еврозоны, Франция и Германия, выросли на 0,3% за квартал, в то время когда многие другие богатые страны, в том числе США и Великобритания, по-прежнему страдают от рецессии.

Однако следующие по размерам экономики региона все еще сокращаются. ВВП Испании сократился на 1% во втором квартале; Италии на 0,5%. Аналитики рассчитывают, что этот раскол между растущим севером и падающим югом, скорее всего, продолжится. Франция и Германия сообщили об увеличили ВВП благодаря торговли, т.к. они получают выгоду от экспортного возрождения вызванного развивающейся Азией.

Италия и Испания выглядят почти что хромыми, после потери конкурентоспособности вызванной длительным периодом роста заработной платы. Итальянские экспортеры текстильных изделий и мебели плохо приспособлены к глобальному отскоку, движимому в основном китайскими инвестиционными расходами. Испанские экспортеры кажутся ничтожными по сравнению с большими отраслями, такими, как строительство, удовлетворяющими внутренний спрос.

Однако, пристальный взгляд на цифры показывает более сложную картину, чем просто разделение на Север и Юг. Северные экономики, которые являются более открытыми для торговли, такие как Бельгия, Австрия и Нидерланды, по-прежнему сокращались во втором квартале, в то время как на юге, Португалии и Греции удалось продемонстрировать скромный рост (см. диаграмму). Посмотрите на спад во втором квартале с точки зрения прошлого года и структура покажется более единообразной, говорит Хосе Луис Эскрива (José Luis Escrivá) из BBVA, расположенного в Мадриде банка. В большинстве стран ВВП сократился на 4-5%. Италия чуть хуже, но она была хуже и до кризиса. Германия снизилась на 5,9% или около того, из-за своей экспортной зависимости, но она же помогла ей отскочить от дна как только торговля восстановилась.

Большим исключением является Франция, которая пострадала гораздо меньше, чем большинство других развитых стран. Одна из причин заключается в том, что она была слабым участником системы глобальных дисбалансов, которые ускорили падение. Франция не является большим поставщиком международных кредитов, таким как Германия или Япония, и не зависит от заемных средств, как Испания, Англия и Америка. В хорошие времена движущая сила экономики находилась внутри так, что она была меньше подвержена проблемам извне. Другим фактором является французское правительство. Когда частный спрос неожиданно рухнул, оно, благодаря хорошо смазанному госмеханизму, помогло снова набрать быстрый шаг.

Более того, масштаб и сроки проведения бюджетной поддержки во многом объясняют расхождение в зоне евро. Потребительские расходы во Франции и Германии выросли во втором квартале, в значительной степени благодаря государственным субсидиям на покупку автомобилей. Государство в обеих странах поддерживает потребление косвенно препятствуя потери рабочих мест. Во Франции схема занятости в государственном секторе удержала уровень увольнений от излишнего роста, говорит Лоранс Бун, из Barclays Capital в Париже. В Германии, соглашения между промышленностью и правительством сохранить на короткое время работникам заработные платы имеет аналогичный эффект. Испанский фискальный стимул принятый раньше других, не принес результатов во втором квартале. В Италии, высокий уровень государственного долга означает, что правительство не может позволить себе излишней государственной поддержки.

Германия до сих пор держит некоторые налоговые стимулы наготове, это может поднять ее экономику выше остальных на какое-то время. Немецкие фирмы продолжали сокращение запасов во втором квартале, так же обстояло дело во Франции, так что имеется возможность для отскока в запасах, что простимулирует экономический рост. Увеличение экспортных заказов скоро преобразуется в увеличение экспортных продаж.

Однако во втором полугодии, возможности Франции и Германии оторваться от остальных стран зоны евро выглядят ограниченными. Немецкие экспортеры не могут жить за счет одного Китая, а другие крупные заказчики, в Америке, Великобритании, Восточной Европе и Испании, не будут свободно расходовать средства, как они когда-то делали. Фирмы не будут вечно заботиться о бесполезных работниках. Безработица, скорее всего, вырастет в обеих странах, это будет плохо для потребительских расходов. Предприятиям с более широкими перспективами, возможно, будет трудно получить кредит, поскольку проблемы в банковской системе остаются нерешенными. Французские экспортеры потеряли долю на рынке в последние годы, согласно анализу Европейской комиссии. Это значит, что Франция не извлечет пользу из оживления в мировой торговле.

В настоящее время в ядро еврозоны кажется лучше, чем периферия. Но Америка и Великобритания - надежда экспортеров - идут своим путем выхода из проблем, развивающаяся Азия постепенно смещается в сторону внутренних источников спроса. Это означает, что странам еврозоны, скорее всего, придется еще больше полагаться друг на друга в будущем.

Where it all began

America's housing market
Where it all began
Aug 20th 2009 | NEW YORK
From The Economist print edition

Американский рынок жилья
Где это все и началось.
20 августа "Экономист"

Признаки стабилизации не должны заслонять большие проблемы, который еще впереди.

Вряд ли при словосочетании бедствующий продавец (distressed seller) вы представляете себе этого человека. Хью Хефнер (Hefner) недавно продал свою личную резиденцию в Holmby Hills, California, рядом с особняком Playboy, 25-летнему предпринимателю за $ 18М - это на 36% ниже первоначально запрошенной цены. Конечно это малое утешение для стареющего ловеласа, но дисконт выглядит справедливым: по всей стране цены на жилье упали на одну треть от пика, и на гораздо большую величину, в наиболее пострадавших штатах, таких как Калифорния, Флорида и Невада.

Хотя глобальная финансовая болезнь изначально поразила американскую жилую недвижимость, спасибо абсурдно слабому subprime кредитованию, политиков недавно озаботило то, что инфекция может распространиться на другие классы активов. Когда Федеральная резервная система на этой неделе продлила программу для поддержки ценных бумаг, обеспеченных активами, это было сделано в больше степени для коммерческой недвижимости, чем жилой. Тем не менее, наблюдатели соглашаются с тем, что американская экономика - и все эти банки до сих пор обремененные плохой ипотекой - борется за восстановление в то время как цены на жилье по-прежнему падают. Экономические успехи администрации Обамы "будут равны нулю", если свободное падение рынка жилья продолжится и дальше, говорит Марк Занди (Mark Zandi) из Moody's Economy.com.

Отсюда и волнение по поводу некоторых недавно показавшихся, хотя и предварительных, признаков стабилизации. S&P/Case-Shiller index который отслеживает цены на дома в 20 городах, отметился небольшим ростом мае, это его первый подъем за 34 месяца (см. рисунок). Закладки нового строительства односемейных домов выросли в июле пятый месяц подряд. Продажи существующих домов, как ожидается [от себя: не ожидается, уже выросли, цены правда упали читайте ЮГа] покажут их четвертый месяц роста (см. рисунок). Toll Brothers, большой домостроитель, только что сообщил о первом увеличении объема чистых заказов (новые заказы минус законченные) за последние четыре года. В настоящее время дома наиболее доступны относительно медианного дохода, на моей памяти я такого не припомню, "мы, наконец-то, нашли тот уровень, когда люди хотят заключать сделки", говорит Пэм Либман (Pam Liebman), исполнительный директор Коркоран (Corcoran), агентства недвижимости. Возрождение в основном идет на нижнем конце ценового диапазона, это и объясняет, приобретение на этой неделе компанией Pulte Homes за $ 1,4 млрд. фирмы Centex, дома-застройщика, специализирующегося на дешевых домах.

Однако, яма глубже и основания восстановления кажутся сомнительными. Рост безработицы продолжит давить на спрос на дома. Уровень безработицы, который в настоящее время 9,4%, как ожидается, достигнет пика в более чем 10% в следующем году. Экономический эффект от безработицы гораздо шире: стоит кому-нибудь потерять работу и те многие, кто еще работает будут думать дважды перед покупкой недвижимости. Доверие потребителей остается хрупким.

Получить ипотечный кредит все еще сложно. Два основных федеральных ипотечных агентства, Фанни Мэй и Фредди Мак, ужесточили свои стандарты для новых займов (хотя закладными упавшими в качестве занимается их брат или сестра, Ginnie Mae). А исследование кредитных инспекторов ФРС, обнародованное 17 августа, утверждает, что банки будут скупыми еще в течение некоторого времени. Они по-прежнему борются с растущими потерями от жилой ипотеки. И они не достигут пика раньше начала следующего года, рассчитывает Бетси Грасек (Betsy Graseck) из Morgan Stanley.

Кроме того, позитивные сдвиги в жилищной сфере отчасти обусловлены краткосрочными факторами. Одним из них является налоговый кредит для лиц, впервые покупающих дом, который был включен в пакете стимулов Обамы: некоторые из них торопятся покупать сейчас, поскольку сделки должны быть закрыты до 30 ноября чтобы соответствовать требованиям программы. Ежегодные налоговые возвраты, перечисляемые в последние месяцы, возможно, также дали рынку временную передышку. Привлекательные ипотечные ставки также помогают. Но они поднялись со своих исторически низких уровней, несмотря на усилия, принимаемые ФРС через покупку ипотечных ценных бумаг. Многие ожидают их дальнейшего роста, т.к. разбухающие государственные заимствования давят оказывая повышательное давление на доходность трежерис.

Избыток предложения тоже давит на цены, благодаря волне изъятий за неплатежи (repossessions). Банкротства достигли рекордного уровня, одно из 355 д/х рассталось со своим домом в июле. Изъятая собственность в настоящее время составляет почти одну четвертую всех продаж (см. диаграмму 2). Все больше потерявших свои дома, среди якобы более надежных заемщиков prime ипотеки. В настоящее время они составляют большую долю банкротств, чем subprime заемщики, говорит Ассоциация ипотечных банков (MBA).
1,8 млн. домов уже изъяты, и примерно "аналогичное число" может последовать их участи, считает Торстен Слок (Slok), экономист в Deutsche Bank. Даже те штаты, где первыми приняли удар, по-прежнему наблюдают резкий рост до уведомлений об изъятии (pre-foreclosure notices). В Калифорнии один вид уведомлений, для "продаж по доверенности" (trustee sales), вырос на 32% в период с июня по июль, в соответствии с вебсайтом ForeclosureRadar. Еще более тревожат просрочки по платежам, это сырье для банкротств, они все еще растут во многих некогда золотых штатах. В Orange County по крайней мере около 7% ипотечных кредитов имеют просрочку в три месяца, но дома еще не взысканы (foreclosed), по сравнению примерно с 5% в начале года.

Растет и отрицательный капитал - это когда ипотечный долг превышает стоимость дома - это также способствует банкротствам, не в последнюю очередь потому, что многие заемщики предпочитают уйти, чем продолжать выплаты по дому, который стоит намного меньше, чем сумма задолженности по нему. Zillow.com, имущество-информационная служба, сообщает, что 23% домов с ипотекой ушли ниже этой линии. Остальные пока держаться наплаву. Ошеломляющие 60% утопленников в Лас-Вегасе. Группа секьтиризации Дойче Банк ожидает пика негативного капитала в 48% от общего числа домов к 2011 году. Это может быть слишком пессимистично, но все согласны с тем, что число будет расти и дальше. Это важно, потому что негативный капитал давит вдвойне сильно на цены жилья, через ослабление спроса (это ловушка для потенциальных покупателей в своих домах) и добавляя предложение (ибо часто приводит к вынужденной или distressed sales).

Усилия правительства имеют малый эффект, чтобы остановить загнивание. В программу предотвращения банкротства (foreclosure-prevention programme) попали только 235,000 борющихся заемщиков, которые получили возможность сделать платежи более доступным, из 4 млн. нуждающихся. Даже с финансовой помощью, кредитные службы идут на изменения неохотно. Многие заемщики, слишком глубоко увязли в отрицательном капитале и перезаемные ставки (redefault rate) слишком высоки. "Ничего не изменится от того утоните вы на 20 футовой глубине или 30 футовой", говорит Джей Бринкманн, главный экономист МВА. Кроме того, условия типичной проблемной ипотеки трудно изменить, поскольку это скорее следствие безработицы, чем роста процентной ставки. Снижение ежемесячного платежа на 20% не поможет, если заемщик не имеет работы.

Даже если темпы реструктуризации кредитов ускорятся в течение года, навес непроданных домов будет по-прежнему давить на рынок в целом. Запасы составляют 9-10 месяцев от объема предложения, это в три раза превышает уровень спроса, говорит Стэн Хамфриз (Humphries), главный экономист Zillow.com. Парадоксально, но еще одна волна предложения может обрушить рынок, если мнение о его стабилизации продолжит распостранятся. Многие домовладельцы, кто сидел в то время как цены безостановочно падали попытаются продать при первых признаках поворота, если верить опросам. В одном из них, проведенном в июле Zillow, 29% респондентов ответили "скорее всего" на вопрос выставить их дома на рынок после того, как рынок развернется вверх. Освобождение этого "теневого запаса" может убить восстановление прежде чем оно набирет скорость.

Точно так же, озабоченность вызывает возможное повторение "платежного шока", если процентные ставки по ипотеке с плавающей ставкой [от себя: вернее было бы перевести с корректируемой ставкой (adjustable-rate mortgages)] начнут расти. Но рост по subprime кредитам, в основном, уже произошел, худшее еще впереди для некоторых других кредитов, особенно "Alt-A" категории между prime и subprime и неприятный тип ипотеки называемый "option ARM" (см. диаграмму 3). Этот эффект может быть сглажен, но только в том случае, если ФРС сможет держать краткосрочные ставки очень низкими в ближайшие пару лет, или же заемщик сможет рефинансировать долг при росте ставки.
С учетом этих рисков, подъем цен на жилье в последнее время скорее всего пустой звук. Большинство экономистов ожидают их падения на дополнительные 5-10 процентных пунктов до их долгосрочного тренда, и примерно на 40% от своего максимума, дно же будет достигнуто только где-то в 2010 году. Пессимисты предсказывают, что они пойдут ниже линии тренда и достигнут лишь половины своего максимума 2006 года.

Аналитики в Goldman Sachs, без дураков говорят о нескольких годах стагнации, когда речь идет о жилье. Они утверждают, что доля жилья в собственности, в настоящее время чуть более 67%, упадет обратно на уровень 64-65.5%, как это было до взлета цен в середине 1990-х годов, из-за глубокого падения спроса. Эта точка зрения подкрепляется недавним исследование ФРС, которое установило, что более половины всех новых собственников времен бума были вызваны "новаторскими" ипотечными продуктами, многие из которых в настоящее время история.

Дела могут быть еще хуже. Теперь миф о постоянно растущих ценах на жилье разрушен, и может быть, настало время принять другую неудобную истину: ценам может потребоваться десятилетие для восстановления, по крайней мере, с учетом инфляции. Результаты исследования, проведенного в июне Федеральным агентством по финансированию жилищного строительства, отмечают, что в некоторых районах Техаса цены на жилье все еще держатся примерно на 30% ниже уровня пика 1982 года, в реальном выражении. После всего этого сделка Хефнера выглядит не такой уж плохой.

U, V or W for recovery

World economy
U, V or W for recovery
Aug 20th 2009
From The Economist print edition

U, V или W для восстановления
20 августа 2009 "Экономист"
Мировая экономика перестала сокращается. Это все хорошие новости.

Спад был глубоким и неприятным. Но может быть самая страшная глобальная рецессия с 1930-х годов уже закончилась. Ведомые Китаем, развивающиеся страны Азии быстро восстановились, даже несколько увеличив годовые темпы роста и подскочив более чем на 10% во втором квартале. Несколько больших развитых стран также вернулись к росту, хотя и более скромному, в период с апреля по июнь. В Японии производство выросло в годовом темпе на 3,7%, а в Германии и Франции рост составил чуть более 1%. В Америке рынок жилья показал признаки стабилизации, темпы потери рабочих мест замедлились, и подавляющее большинство прогнозов ожидает расширения производства в период с июля по сентябрь. В большинстве стран ВВП все еще значительно меньше, чем год назад. Хотя они и разворачиваются к росту в ежеквартальном измерении.

Это хорошие новости. Каким бы не было восстановление первым шагом к нему, в любом случае, должно стать замедление падения. Но более интересным является вопрос, какую форму примет восстановление. Дискуссия сосредоточена вокруг трех сценариев: "V", "U" и "W". V-образный сценарий означает: восстановление будет энергичным так как взорвется неудовлетворенный спрос. U-образный сценарий: восстановление будет вялым и небыстрым. W-образный: рост вернется на несколько кварталов, но только чтоб затем обрушить все еще сильнее.

Оптимисты утверждают, что масштабы спада служат основанием для сильного отскока. Глубочайшая послевоенная рецессия в Америке, отмечают они, приведет к активному восстановлению. Они приводят такой пример: в течение двух лет после спада в 1981-82, объем производства увеличивался в среднем почти на 6%, а на этот раз, спад производства был глубже и дольше, чем в начале 1980-х годов.

В тоже время пессимисты говорят, что текущий спад скорее всего приведет нас к вялому восстановлению или, что еще хуже, двойному падению. В отличие от типичной послевоенной рецессии этот спад был вызван финансовым крахом, а не высокими процентными ставками, и когда перегруженным заемщикам необходимо восстановить их балансы, а финансовая система нуждается в ремонте, рост может быть слабым и это легко может продолжаться в течение многих лет. После банковского кризиса японская экономика в 1990-х годах погрузилась в стагнацию на десять лет; преждевременное увеличение налогов в 1997 году ввергло ее в рецессию.

V для уязвимых (V for vulnerable)
Ни одна из этих параллелей не является достаточно точной, потому что сегодняшнее глобальное падение сочетает в себе несколько типов спада и беспрецедентные ответные меры. После экономики пузыря, обычно следует рецессия балансов (balance-sheet recession). Движимое долгами потребление выдыхается. Но масштабы краха расширило и углубило замораживание механизма работы глобальных финансов, резкое падение доверия и запасов. Именно тогда на борьбу был брошен самый большой стимул в истории. Форма восстановления будет зависит от того, как эти силы взаимодействуют.

В краткосрочной перспективе форма может выглядеть заманчивой "V", стимулы заработают и цикл запасов развернется. В формирующейся Азии, размораживание средств для финансирования торговли, поворот в запасах и немалые фискальные стимулы уже привели к отскоку. Государственная поддержка, особенно в сфере занятости и стимулирования покупки новых автомобилей, оживила спрос в Германии и Франции. С повышением экспортных заказов растет и уверенность, ближайшие несколько месяцев могут удивить положительной динамикой. Даже в Америке, фискальный стимул вброшенный через программу "наличные за развалюхи" привел, хоть и временно, к росту производства и фирмы, рано или поздно, прекратят сокращать запасы.

Однако оживление основанное на корректировке запасов несомненно носит временный характер, и держится лишь на государственных стимулах, очевидно не последних. Помимо этих двух факторов, существует мало оснований для радости. В Америке рынок жилья все еще может пойти вниз, как только вырастут банкротства по ипотеке, высокая безработица звучит тревожным колокольчиком, а окончание временной программы налоговых кредитов для покупателей домов только подтверждают эти опасения. Даже если рынок жилья стабилизируется, потребительские расходы будут оставаться слабыми, пока домашние хозяйства будут погашать долг. В Америке и других пост-пузырных странах реальный V-образный откат не более, чем игра воображения. Кроме того, это произойдет только тогда, когда устойчивый частный внутренний спрос перехватит эстафетную палочку у правительственных стимулов. В Японии и Германии, где безработица все еще растет, это мало вероятно в ближайшее время. Ситуация чуть лучше в странах с формирующейся экономикой, особенно в Китае. Но существует еще целый ряд необходимых реформ, от более сильной валюты до пересмотра субсидий, для увеличения трудовых доходов и стимулирования потребления. До того как переход произойдет, глобальное восстановление будет хрупким и, вероятно, довольно слабым. А мрачная U, с длинным, плоским дном слабого роста является наиболее вероятной в ближайшие несколько лет.